Телевизор в голове?

Содержание, функциональное преобразование и миф о данном

О чём имен­но мы гово­рим, когда гово­рим о содер­жа­нии пер­цеп­ции [content of perception]? Суще­ству­ет целый ряд раз­лич­ных вопро­сов, кото­ры­ми часто зада­ют­ся каса­тель­но точ­ной при­ро­ды это­го содер­жа­ния, как-то: в какой сте­пе­ни оно репре­зен­та­тив­но, и в какой сте­пе­ни эта репре­зен­та­ция носит кон­цеп­ту­аль­ный характер{{Здесь я объ­еди­няю ряд раз­лич­ных, хотя и пере­се­ка­ю­щих­ся дис­кус­сий, тер­ми­но­ло­гия кото­рых раз­нит­ся в раз­лич­ных аспек­тах. Я не хотел бы при­во­дить пол­ную так­со­но­мию и гене­а­ло­гию фраз «мен­таль­ное содер­жа­ние», «фено­ме­наль­ное содер­жа­ние» и «чув­ствен­ное содер­жа­ние» в лите­ра­ту­ре, а так­же раз­лич­ные аспек­ты, на осно­ва­нии кото­рых они были (или не был как сле­ду­ет) раз­гра­ни­че­ны. Одна­ко, сле­ду­ет отме­тить, что суще­ству­ет отдель­ная ветвь дис­кус­сий, кото­рая отво­дит сло­ву «содер­жа­ние» при­ме­не­ние для рас­смот­ре­ния слу­ча­ев репре­зен­та­ции (см. Susanna Siegel, “The Contents of Perception”). Вопрос заклю­ча­ет­ся в том, явля­ет­ся ли «фено­ме­наль­ный харак­тер» пер­цеп­ции фор­мой репре­зен­та­тив­но­го содер­жа­ния, и в какой мере оно явля­ет­ся или не явля­ет­ся кон­цеп­ту­аль­ным.}}. Одна­ко, обыч­но эти вопро­сы, торо­пясь гово­рить о нём как [qua] о репре­зен­та­ции или пред­став­ле­нии [conception], обхо­дят мол­ча­ни­ем вопрос о том, что зна­чит гово­рить о пер­цеп­тив­ном содер­жа­нии [perceptual content] как содер­жа­нии. Исхо­дя из это­го, слиш­ком велик соблазн объ­яс­нять на язы­ке фено­ме­но­ло­гии{{Отсыл­ка к «фено­ме­но­ло­гии» здесь под­ра­зу­ме­ва­ет как воль­ные рас­суж­де­ния о том, на что «похож» пер­цеп­тив­ный опыт, кото­рые полу­чи­ли рас­про­стра­не­ние в ана­ли­ти­че­ской фило­со­фии пер­цеп­ции, и более мето­до­ло­ги­че­ски опре­де­лён­ное интро­спек­тив­ное иссле­до­ва­ние созна­ния, отсы­ла­ю­щее к рабо­там Гус­сер­ля.}} не толь­ко спе­ци­фи­че­ский харак­тер содер­жа­ния, но так­же и то, как оно инди­ви­ду­а­ли­зи­ру­ет­ся. Это зна­чит, что пер­цеп­тив­ное содер­жа­ние пони­ма­ет­ся как всё, что содер­жит­ся в пре­де­лах интро­спек­тив­но­го доме­на, к кото­ро­му мы име­ем некую раз­но­вид­ность осо­бо­го досту­па. Ата­ка Уил­фри­да Сел­лар­са на миф о дан­ном [myth of the given] дала нам вес­кие осно­ва­ния усо­мнить­ся в эпи­сте­ми­че­ском авто­ри­те­те, кото­рый пред­по­ло­жи­тель­но обес­пе­чи­ва­ет такой осо­бый доступ к нашим внут­рен­ним состо­я­ни­ям и, сле­до­ва­тель­но, усо­мнить­ся в эффек­тив­но­сти вся­ко­го опи­са­ния [account] пер­цеп­тив­но­го содер­жа­ния, в кото­ром интро­спек­ции отво­дит­ся столь фун­да­мен­таль­ная роль{{Наиболее извест­ное изло­же­ние содер­жит­ся в рабо­те ‘Empiricism and the Philosophy of Mind’ in Science, Perception, and Reality (Atascadero: Ridgeview Publishing, 1963), pp. 127–196. Далее EPM.}}. Это его кри­ти­ка того, что Джеймс О’ши [James O’Shea] назвал эпи­сте­ми­че­ским дан­ным [epistemic given]{{James R. O’Shea, Wilfrid Sellars: Naturalism with a Normative Turn (Cambridge: Polity Press, 2007), ch. 5.}}. Одна­ко, у мифа, кото­рый кри­ти­ку­ет Сел­ларс, есть и дру­гая сто­ро­на, кото­рую О’ши назы­ва­ет кате­го­ри­аль­ным дан­ным [categorial given]. Цель дан­ной ста­тьи заклю­ча­ет­ся в том, что­бы арти­ку­ли­ро­вать и объ­яс­нить вто­рую из этих сто­рон, опи­ра­ясь на кри­ти­ку Сел­лар­са каса­тель­но пер­вой и каса­тель­но опи­са­ния пер­цеп­ции, кото­рое из неё выте­ка­ет. Это пред­по­ла­га­ет демон­стра­цию неко­то­рых огра­ни­че­ний, регу­ли­ру­ю­щих опи­са­ния пер­цеп­тив­но­го содер­жа­ния на осно­ве тре­бо­ва­ний объ­яс­не­ния [explanatory demands], предъ­яв­ля­е­мых к ним, с одной сто­ро­ны, как к опи­са­ни­ям пер­цеп­ции, и, с дру­гой сто­ро­ны, демон­стра­цию ресур­сов объ­яс­не­ния [explanatory resources], кото­рые доступ­ны им как опи­са­ни­ям содер­жа­ния. В резуль­та­те мы полу­чим опи­са­ние мифа о кате­го­ри­аль­ном дан­ном, кото­рое объ­яс­ня­ет, поче­му он явля­ет собой соблазн и поче­му мы долж­ны ему сопротивляться.

1.Перцепция и объяснение

Нач­нём с тре­бо­ва­ний объ­яс­не­ния. Мне кажет­ся, что суще­ству­ют две раз­лич­ных зада­чи объ­яс­не­ния, кото­рым долж­но спо­соб­ство­вать любое опи­са­ние пер­цеп­тив­но­го содер­жа­ния. С одной сто­ро­ны, суще­ству­ет эпи­сте­мо­ло­ги­че­ская зада­ча объ­яс­не­ния той общей роли, кото­рую пер­цеп­ция может играть в эмпи­ри­че­ском обос­но­ва­нии [justification] неза­ви­си­мо от вари­а­ций кау­заль­ной струк­ту­ры аген­тов пер­цеп­ции [perceiving agents]. Это озна­ча­ет опи­са­ние того, как чув­ствен­ные дан­ные вво­да [sensory inputs], посту­па­ю­щие в кау­заль­ную систе­му, могут полу­чить нор­ма­тив­ное зна­че­ние в пред­пи­са­нии шагов [warranting moves] в пре­де­лах про­стран­ства обос­но­ва­ний [reasons], при­чём таким обра­зом, что­бы это рас­про­стра­ня­лось не толь­ко на раз­лич­ных пред­ста­ви­те­лей чело­ве­че­ской агент­но­сти, но и на иных существ, таких как ино­пла­не­тяне или искус­ствен­ные интел­лек­ты, чьи спо­соб­но­сти чув­ство­ва­ния и общая кау­заль­ная эко­но­ми­ка ради­каль­но отлич­ны от наших. С дру­гой сто­ро­ны, суще­ству­ет пси­хо­ло­ги­че­ская зада­ча объ­яс­не­ния той спе­ци­фи­че­ской роли, кото­рую пер­цеп­ция игра­ет в кау­заль­ной эко­но­ми­ке кон­крет­ных аген­тов пер­цеп­ции. Это озна­ча­ет опи­са­ние того, как чув­ствен­ные дан­ные вво­да, посту­па­ю­щие в кау­заль­ную систе­му, вно­сят свой вклад в про­из­вод­ство пове­ден­че­ских дан­ных выво­да [behavioural outputs] таким обра­зом, что­бы дать нам воз­мож­ность пред­ска­за­ния в отно­ше­нии пове­де­ния существ с опре­де­лён­ны­ми типа­ми кау­заль­ной структуры.

Хотя эти зада­чи отлич­ны друг от дру­га, они так­же име­ют важ­ную вза­и­мо­связь. Любая эпи­сте­мо­ло­гия, кото­рая не спо­соб­на учесть то, как раз­ли­чия в кау­заль­ной струк­ту­ре наших чув­ствен­ных спо­соб­но­стей могут вли­ять на их роль в эмпи­ри­че­ском обос­но­ва­нии, не смог­ла бы при­бли­зить­ся к кау­заль­но­му изме­ре­нию пер­цеп­ции, или к свя­зи послед­не­го с чув­ство­ва­ни­ем [sensation], а любая пси­хо­ло­гия, кото­рая не спо­соб­на учесть то, как пер­цеп­ция может давать нам обос­но­ва­ния, побуж­да­ю­щие нас дей­ство­вать ско­рее так, а не ина­че, не смог­ла бы при­бли­зить­ся к нор­ма­тив­но­му изме­ре­нию пер­цеп­ции, или к свя­зи послед­ней с раци­о­наль­ной агент­но­стью. Мы рас­по­ла­га­ем опи­са­ни­ем пер­цеп­ции, будь то эпи­сте­мо­ло­ги­че­ским или пси­хо­ло­ги­че­ским, толь­ко тогда, когда её кау­заль­ные и нор­ма­тив­ные изме­ре­ния свя­за­ны долж­ным обра­зом. Любое опи­са­ние пер­цеп­тив­но­го содер­жа­ния как чего-то тако­го, что игра­ет роль и в эпи­сте­мо­ло­ги­че­ских, и в пси­хо­ло­ги­че­ских объ­яс­не­ни­ях, долж­но быть сфор­му­ли­ро­ва­но в тер­ми­нах, кото­рые соот­вет­ству­ют обо­им этим изме­ре­ни­ям. Пер­вый вывод, кото­рый мы можем сде­лать с опо­рой на рабо­ты Сел­лар­са, состо­ит в том, что над­ле­жа­щим свя­зу­ю­щим зве­ном [interface] меж­ду дву­мя эти­ми изме­ре­ни­я­ми явля­ет­ся при­ме­не­ние функ­ци­о­наль­но­го объ­яс­не­ния в эмпи­ри­че­ской пси­хо­ло­гии. Выра­жа­ясь его излюб­лен­ным обо­ро­том, мы долж­ны пони­мать пер­цеп­тив­ное содер­жа­ние в соот­вет­ствии с тем, как оно впи­сы­ва­ет­ся в «схе­му ком­му­та­ции» [“wiring diagram”] аген­та перцепции{{Wilfrid Sellars, ‘Being and Being Known’, in Science, Perception, and Reality (Atascadero: Ridgeview Publishing, 1963), pp. 41–59, §37. Далее BBK.}}.

Кау­заль­ное объ­яс­не­ние в целом рабо­та­ет путём при­ме­не­ния объяс­ни­тель­ных схем к систе­мам, кото­рые спо­соб­ству­ют выра­бот­ке пред­ска­за­ний о том, как они вели бы себя в раз­лич­ных воз­мож­ных усло­ви­ях. Эти схе­мы предо­став­ля­ют нам более или менее общие спо­со­бы орга­ни­за­ции контр­фак­ту­аль­ных рас­суж­де­ний [counterfactual reasoning] об этих воз­мож­но­стях, что поз­во­ля­ет нам делать кон­крет­ные выво­ды о том, как они пове­дут себя в каж­дом кон­крет­ном задан­ном набо­ре обстоятельств{{Один из спо­со­бов про­ве­де­ния этой идеи «орга­ни­за­ции» состо­ит в том, что­бы ска­зать, что объ­яс­ни­тель­ные схе­мы предо­став­ля­ют нам мето­ды груп­пи­ров­ки убеж­де­ний отно­си­тель­но обсто­я­тельств систе­мы, кото­рые, будь они истин­ны­ми, дей­ство­ва­ли бы в каче­стве дефа­зо­ров [defeasors] для тех мате­ри­аль­ных слу­ча­ев выве­де­ния, кото­рые коди­ру­ют опре­де­лён­ные аспек­ты пове­де­ния систе­мы. Это озна­ча­ет, что они предо­став­ля­ют нам когни­тив­но доступ­ные спо­со­бы выде­ле­ния диа­па­зо­нов контр­фак­ту­аль­ной устой­чи­во­сти для этих слу­ча­ев выве­де­ния. Необ­хо­ди­мость в таких доступ­ных спо­со­бах сор­ти­ров­ки реле­вант­ной и нере­ле­вант­ной инфор­ма­ции о кау­заль­ных систе­мах (будь то неяв­ные прак­ти­че­ские спо­соб­но­сти или более явно фор­ма­ли­зо­ван­ные мето­ды) Брэн­дом обсуж­да­ет в 4 гла­ве сво­ей Between Saying and Doing. Далее BSD.}}. Функ­ци­о­наль­ная схе­ма поз­во­ля­ет нам раз­ра­ба­ты­вать пред­ска­за­ния бла­го­да­ря рас­смот­ре­нию систем по ана­ло­гии с прак­ти­че­ски­ми рас­суж­де­ни­я­ми [practical reasoning]. К при­ме­ру, поз­во­ляя нам рас­смат­ри­вать её части как сред­ства по отно­ше­нию к цело­му как цели. Это поз­во­ля­ет нам опи­сы­вать кау­заль­ную роль ком­по­нен­тов систе­мы в тер­ми­нах успе­ха и неуда­чи, и тем самым орга­ни­зо­вы­вать наше контр­фак­ту­аль­ное рас­суж­де­ние о кау­заль­ных отно­ше­ни­ях меж­ду ними на манер неуда­чи, после­до­ва­тель­но кас­ка­ди­ру­ю­щей по всей системе{{Эти кас­кад­ные схе­мы отлич­но груп­пи­ру­ют дефа­зо­ры так, как это было отме­че­но в преды­ду­щей снос­ке, и тем самым рас­кры­ва­ют модаль­ную струк­ту­ру про­стран­ства воз­мож­но­стей систе­мы.}}. Таким обра­зом, объ­яс­ни­тель­ная сила функ­ци­о­наль­ной схе­мы заклю­ча­ет­ся имен­но в том, что она вво­дит воз­мож­ность сбоя в рабо­те систе­мы [malfunction]. Имен­но тот факт, что это поня­тие по сути сво­ей нор­ма­тив­но, поз­во­ля­ет функ­ци­о­наль­но­му объ­яс­не­нию свя­зать эпи­сте­мо­ло­ги­че­ское и пси­хо­ло­ги­че­ское изме­ре­ния перцепции.

Оста­ёт­ся ска­зать о роли интро­спек­ции в свя­зи с эти­ми тре­бо­ва­ни­я­ми объ­яс­не­ния. Одно из важ­ней­ших след­ствий кри­ти­ки эпи­сте­ми­че­ско­го дан­но­го в рабо­тах Сел­лар­са заклю­ча­ет­ся в том, что интро­спек­цию сле­ду­ет пони­мать как аутен­тич­ную [genuine] раз­но­вид­ность пер­цеп­ции, а не как нечто в сво­ём роде уни­каль­ное [sui generis]{{След­ствия из этой идеи пер­во­на­чаль­но пред­став­ле­ны Сел­лар­сом в EPM, раз­дел XII, где он дра­ма­ти­зи­ру­ет про­ис­хож­де­ние и кон­цеп­ту­аль­ное раз­ви­тие пер­цеп­тив­ных спо­соб­но­стей к интро­спек­ции внут­рен­них состо­я­ний.}}. Это озна­ча­ет, что любой эпи­сте­ми­че­ский авто­ри­тет, кото­рым мы обла­да­ем по отно­ше­нию к объ­ек­там интро­спек­ции, явля­ет­ся дей­стви­тель­ным [de facto], а не номи­наль­ным [de jure], посколь­ку в про­тив­ном слу­чае они потен­ци­аль­но наблю­да­е­мы, даже если на самом деле наблю­да­ет­ся обрат­ное. Имен­но поэто­му нет необ­хо­ди­мо­сти в отдель­ной фено­ме­но­ло­ги­че­ской зада­че опи­са­ния того, на что «похо­жа» [“is like”] пер­цеп­ция, рав­но как нет ника­ких вес­ких осно­ва­ний счи­тать, что наши эпи­сте­мо­ло­ги­че­ские и пси­хо­ло­ги­че­ские тео­рии пер­цеп­ции долж­ны быть при­вя­за­ны к тако­го рода опи­са­нию. Это не зна­чит, что интро­спек­ция не может играть ника­кой роли в раз­ви­тии этих тео­рий, а толь­ко то, что она не игра­ет ника­кой при­ви­ле­ги­ро­ван­ной роли в про­цес­се их оцен­ки [assessing]. Вме­сто это­го, спо­соб­ность к интро­спек­ции и свя­зан­ные с ней язы­ко­вые игры, вклю­ча­ю­щие «выгля­дит» [“looks”], «кажет­ся» [“seems”] и «на что это похо­же» [“what it is like”] сами по себе долж­ны быть учте­ны наши­ми эпи­сте­мо­ло­ги­че­ски­ми и пси­хо­ло­ги­че­ски­ми тео­ри­я­ми, посколь­ку они состав­ля­ют новый класс чув­ствен­ных дан­ных вво­да и пове­ден­че­ских дан­ных выво­да, кото­рые игра­ют про­из­вод­ную роль в прак­ти­ке эмпи­ри­че­ско­го обос­но­ва­ния в силу того, что они поз­во­ля­ют нам моду­ли­ро­вать наши утвер­жде­ния о наблю­да­е­мом [observational claims] (напри­мер, путём вве­де­ния инфор­ма­ции о наших пред­рас­по­ло­жен­но­стях, что­бы отста­и­вать вклю­че­ние утвер­жде­ний о наблю­да­е­мых объ­ек­тах в эмпи­ри­че­ский дис­курс, в то же вре­мя отка­зы­ва­ясь от при­вер­жен­но­сти этим утвер­жде­ни­ям) и настра­и­вать пер­цеп­тив­ные спо­соб­но­сти, из кото­рых они про­ис­те­ка­ют (напри­мер, путём срав­не­ния, иден­ти­фи­ка­ции и кор­рек­ти­ров­ки наших ответ­ных реак­ций на осо­бен­но­сти моей чув­ствен­ной системы).

2.Содержание и объяснение

Пере­хо­дим к ресур­сам объ­яс­не­ния. На мой взгляд, назна­че­ние поня­тия содер­жа­ния заклю­ча­ет­ся в том, что­бы опи­сы­вать как два, каза­лось бы, раз­лич­ных состо­я­ния раз­ных систем (носи­те­лей [vehicles]) могут тем не менее быть одним и тем же в дру­гом смыс­ле (через общ­ность содер­жа­ния). Оче­вид­но, что суще­ству­ет три­ви­аль­ный смысл, соглас­но кото­ро­му это может иметь место вовсе без пред­пи­сы­ва­ния содер­жа­ния, напри­мер, в том смыс­ле, в кото­ром два дома могут быть пре­бы­вать в вет­хом состо­я­нии, хотя точ­ная при­ро­да и сте­пень их вет­хо­сти может отли­чать­ся. Но ска­зать, что они оба име­ют в дан­ном слу­чае общее содер­жа­ние озна­ча­ло бы ска­зать лишь, что они раз­де­ля­ют одно и то же свой­ство [property], и тем самым этот смысл совер­шен­но изли­шен. Это не зна­чит, что состо­я­ния, сход­ство кото­рых опре­де­ля­ет­ся общ­но­стью свойств, имен­но на этой осно­ве не могут иметь обще­го содер­жа­ния . Две кас­се­ты VHS , кото­рые име­ют совер­шен­но оди­на­ко­вые маг­нит­ные свой­ства, будут содер­жать совер­шен­но оди­на­ко­вое инфор­ма­ци­он­ное содер­жа­ние. Вопрос в том, как мож­но утвер­ждать, что запо­ми­на­ю­щее устрой­ство [information storage medium], кото­рое рабо­та­ет в соот­вет­ствии с дру­ги­ми кау­заль­ны­ми прин­ци­па­ми, напри­мер, кас­се­та Betamax или DVD, мог­ла бы иметь то же содер­жа­ние, что и кас­се­та VHS. Я соби­ра­юсь исполь­зо­вать это срав­не­ние с запо­ми­на­ю­щи­ми устрой­ства­ми в каче­стве направ­ля­ю­щей ана­ло­гии, с помо­щью кото­рой будет стро­ить­ся раз­мыш­ле­ние об объ­яс­ни­тель­ной роли пер­цеп­тив­но­го содер­жа­ния. Я пола­гаю, что нам сле­ду­ет поду­мать о том, что озна­ча­ло бы для состо­я­ний раз­ных субъ­ек­тов пер­цеп­ции [perceiving subjects] как кау­заль­ных систем обла­да­ние одним и тем же содер­жа­ни­ем, подоб­но тому, как состо­я­ния раз­ных запо­ми­на­ю­щих устройств могут иметь одно и то же содер­жа­ние, преж­де чем обра­щать­ся к вопро­су о том, что озна­ча­ло бы для это­го содер­жа­ния быть пер­цеп­тив­ным, и в каком смыс­ле это дела­ет его репре­зен­та­тив­ным и/или понятийным.

Для того, что­бы рас­ши­рить инди­ви­ду­а­ли­за­цию содер­жа­ния, при­над­ле­жа­ще­го состо­я­ни­ям кау­заль­ных систем за пре­де­лы про­сто­го сход­ства свойств, необ­хо­ди­мо рас­смот­реть отно­ше­ния изо­мор­физ­ма меж­ду ними. Это озна­ча­ет раз­ло­жить состо­я­ния на при­зна­ки [features], из кото­рых они состо­ят, и на отно­ше­ния меж­ду ними, а затем выра­бо­тать спо­соб их пре­об­ра­зо­ва­ния [mapping] в при­зна­ки и отно­ше­ния, кото­рые состав­ля­ют соот­вет­ству­ю­щие состо­я­ния. Эта схе­ма пре­об­ра­зо­ва­ния (или мор­физм) поз­во­ля­ет нам счи­тать неко­то­рый при­знак одно­го состо­я­ния экви­ва­лен­том при­зна­ка дру­го­го несмот­ря на раз­ли­чия в их свой­ствах, посколь­ку оно [состо­я­ние] игра­ет ту же роль в систе­ме состав­ля­ю­щих его отно­ше­ний. Затем мы можем опре­де­лить, обла­да­ют ли два состо­я­ния одним и тем же содер­жа­ни­ем на осно­ва­нии неко­то­рой доста­точ­ной сте­пе­ни соот­вет­ствия меж­ду их ком­по­нен­та­ми. Это поз­во­ли­ло бы нам рас­смат­ри­вать кас­се­ты VHS и Betamax как обла­да­ю­щие одним и тем же содер­жа­ни­ем, посколь­ку суще­ству­ет неко­то­рый спо­соб пре­об­ра­зо­ва­ния маг­нит­ных свойств одной из них в дру­гую, несмот­ря на раз­ли­чия меж­ду эти­ми свой­ства­ми. Одна­ко, про­бле­ма тако­го чисто­го изо­мор­физ­ма заклю­ча­ет­ся в том, что его мож­но про­из­воль­но рас­ши­рить таким обра­зом, что это под­ры­ва­ет любую объ­яс­ни­тель­ную роль, кото­рой он мог бы обла­дать. Мы потен­ци­аль­но спо­соб­ны скон­стру­и­ро­вать про­из­воль­ные пре­об­ра­зо­ва­ния, кото­рые свя­жут маг­нит­ные дис­ки на кас­се­те VHS с пат­тер­на­ми цен на фон­до­вом рын­ке, или циф­ро­вое коди­ро­ва­ние DVD с после­до­ва­тель­но­стью, взя­той из дво­ич­но­го рас­ши­ре­ния чис­ла пи. Посколь­ку это пол­но­стью отде­ля­ет инди­ви­ду­а­ли­за­цию содер­жа­ния от любой свя­зи с кау­заль­ным потен­ци­а­лом [capacities] систем и их состо­я­ний, чистый изо­мор­физм не поз­во­ля­ет иден­тич­но­сти содер­жа­ния играть какую-либо роль в кау­заль­ном объяснении.

Мы можем избе­жать этих про­блем чисто­го изо­мор­физ­ма, исполь­зуя функ­ци­о­нальные роли состо­я­ний и их ком­по­нен­тов для огра­ни­че­ния схе­мы пре­об­ра­зо­ва­ния. Для того, что­бы это рабо­та­ло, соот­вет­ству­ю­щие состо­я­ния долж­ны быть пере­мен­ны­ми при­зна­ка­ми схе­мы ком­му­та­ции систе­мы, а их вари­а­ции долж­ны быть функ­ци­о­наль­но соот­не­се­ны с пере­мен­ны­ми дан­ны­ми выво­да того или ино­го рода. К при­ме­ру, кас­се­та VHS содер­жит неко­то­рую дли­ну мате­ри­а­ла, элек­тро­маг­нит­ные свой­ства кото­ро­го варьи­ру­ют­ся в огра­ни­чен­ных пре­де­лах, что при­во­дит к соот­вет­ству­ю­щим вари­а­ци­ям в пат­тер­нах све­то­во­го излу­че­ния теле­ви­зи­он­ной аппа­ра­ту­ры, к кото­ро­му она под­клю­че­на над­ле­жа­щим образом{{Я не пер­вый, кто исполь­зу­ет ана­ло­гию с теле­ви­зи­он­ной аппа­ра­ту­рой, что­бы попы­тать­ся про­яс­нить эле­мен­ты сел­лар­сов­ско­го опи­са­ния пер­цеп­ции. Эдмонд Райт [Edmond Wright] исполь­зу­ет ту же ана­ло­гию, пыта­ясь объ­яс­нить сел­лар­сов­ское опи­са­ние чув­ствен­но­го содер­жа­ния, или то, что он назы­ва­ет «чув­ству­е­мое» [“sensa”] или «сырые ощу­ще­ния» [“raw feels”] (‘A Defence of Sellars’, Philosophy and Phenomenological Research, Sept. 1985, Vol. XLVI, No. 1, pp. 73–90).}}. На осно­ва­нии это­го воз­мож­но про­из­ве­сти функ­ци­о­наль­ное пре­об­ра­зо­ва­ние ком­по­нен­тов одно­го набо­ра вари­а­тив­ных состо­я­ний в дру­гой c точ­ки зре­ния общих дан­ных выво­да, с кото­ры­ми они функ­ци­о­наль­но соот­но­сят­ся. К при­ме­ру, мы можем осу­ще­ствить функ­ци­о­наль­ное пре­об­ра­зо­ва­ние с VHS на Betamax, кото­рое пре­об­ра­зу­ет раз­лич­ные вари­а­ции их элек­тро­маг­нит­ных свойств отно­си­тель­но друг дру­га в том, что каса­ет­ся общ­но­стей пат­тер­нов све­та, кото­рый они про­из­во­дят, когда под­хо­дя­щим обра­зом под­со­еди­не­ны к теле­ви­зи­он­ной аппа­ра­ту­ре. В сущ­но­сти, мы рас­смат­ри­ва­ем состо­я­ния, обла­да­ю­щие содер­жа­ни­ем, как изо­морф­ные, посколь­ку их ком­по­нен­ты могут быть пре­об­ра­зо­ва­ны в тот же набор функ­ци­о­наль­ных ролей, кото­рые в свою оче­редь сами изо­морф­ны тем дан­ным выво­да, кото­рые они долж­ны про­из­во­дить. Имен­но эта зави­си­мость от обще­го меха­низ­ма выво­да дан­ных поз­во­ля­ет функ­ци­о­наль­но инди­ви­ду­а­ли­зи­ро­ван­но­му содер­жа­нию играть полез­ную роль в кау­заль­ном объяснении.

Одна­ко, оста­ют­ся вопро­сы, свя­зан­ные с мел­ко­зер­ни­сто­стью [fineness of grain] тако­го рода изо­мор­физ­мов. В каче­стве иллю­стра­ции рас­смот­рим, как содер­жа­ние кас­се­ты VHS мож­но ско­пи­ро­вать с одной кас­се­ты на дру­гую. Этот про­цесс нико­гда не вос­про­из­во­дит элек­тро­маг­нит­ные свой­ства пер­вой кас­се­ты с исклю­чи­тель­ной точ­но­стью, поэто­му серий­ное копи­ро­ва­ние в конеч­ном ито­ге вво­дит так мно­го иска­же­ний [distortion], что пол­но­стью уни­что­жа­ет исход­ный пат­терн. Таким обра­зом, воз­ни­ка­ет зако­но­мер­ный вопрос о том, в какой имен­но момент серий­но­го копи­ро­ва­ния кас­се­ты пере­ста­ют обла­дать тем же содер­жа­ни­ем, что ори­ги­нал, или сколь­ко имен­но несо­от­вет­ствий [variance] спо­соб­но выне­сти пре­об­ра­зу­е­мое отно­ше­ние. Схо­жие про­бле­мы воз­ни­ка­ют если мы рас­смат­ри­ва­ем внут­рен­ние [intrinsic] раз­ли­чия меж­ду носи­те­ля­ми и фор­ма­та­ми, напри­мер, таки­ми как ана­ло­го­вое и циф­ро­вое коди­ро­ва­ние, или раз­ни­ца меж­ду циф­ро­вым коди­ро­ва­ни­ем с большим и мень­шим раз­ре­ше­ни­ем. Это гово­рит о том, что суще­ству­ет мно­же­ство воз­мож­ных отно­ше­ний пре­об­ра­зо­ва­ния, соот­вет­ству­ю­щих раз­лич­ным видам мел­ко­зер­ни­сто­сти, посколь­ку они дела­ют воз­мож­ным раз­лич­ные виды несо­от­вет­ствий меж­ду дан­ны­ми выво­да, с кото­ры­ми соот­но­сят­ся соот­вет­ству­ю­щие состо­я­ния ком­по­нен­тов. Из это­го мож­но сде­лать вывод, что инди­ви­ду­а­ли­за­ция содер­жа­ния может быть устро­е­на более слож­но, чем кажет­ся на пер­вый взгляд, и что обсуж­де­ния содер­жа­ния часто апел­ли­ру­ют к неяв­ным [implicit] кри­те­ри­я­ми выбо­ра отно­ше­ний пре­об­ра­зо­ва­ния. Само по себе [per se] это не явля­ет­ся про­бле­мой, как и нали­чие неяв­ных огра­ни­че­ний на кван­ти­фи­ка­цию [quantification] в есте­ствен­ном язы­ке. Одна­ко это долж­но вызвать у нас насто­ро­жен­ность по отно­ше­нию к пред­по­ло­же­нию, что суще­ству­ет есте­ствен­ный спо­соб инди­ви­ду­а­ли­за­ции содер­жа­ний пер­цеп­ции, к кото­ро­му мы можем с лёг­ко­стью апел­ли­ро­вать для обес­пе­че­ния обще­го пред­ме­та обсуждения.

В заклю­че­ние сле­ду­ет отме­тить два момен­та, свя­зан­ных с функ­ци­о­наль­ным пре­об­ра­зо­ва­ни­ем. Пер­вый заклю­ча­ет­ся в том, что нам ещё нет необ­хо­ди­мо­сти харак­те­ри­зо­вать содер­жа­ние, инди­ви­ду­а­ли­зи­ро­ван­ное таким обра­зом, как репре­зен­та­тив­ное. Слиш­ком велик соблазн ска­зать, что содер­жа­ние пред­став­ля­ет собой дан­ные выво­да, с кото­ры­ми оно функ­ци­о­наль­но соот­но­сит­ся. К при­ме­ру, может воз­ник­нуть соблазн пред­по­ло­жить, что две кас­се­ты VHS репре­зен­ти­ру­ют один и тот же фильм, или что две запи­си репре­зен­ти­ру­ют одно и то же музы­каль­ное произведение{{Самого Сел­лар­са мож­но обви­нить в подоб­ном утвер­жде­нии в BBK (§40).}}. Здесь важ­но пом­нить о том, что «филь­мы» или «музы­каль­ные про­из­ве­де­ния» столь же абстракт­ны, как и общее содер­жа­ние, и что их кор­рект­ное вос­про­из­ве­де­ние или испол­не­ние зави­сит от их соб­ствен­ных допол­ни­тель­ных норм. Тем не менее, мож­но счи­тать, что содер­жа­ние репре­зен­ти­ру­ет необ­ра­бо­тан­ные дан­ные выво­да, такие как пат­тер­ны све­та или зву­ка, с кото­ры­ми соот­но­сят­ся запо­ми­на­ю­щие устрой­ства. Одна­ко, не сто­ит под­да­вать­ся иску­ше­нию иден­ти­фи­ци­ро­вать репре­зен­та­цию с про­стым функ­ци­о­наль­ным соот­вет­стви­ем, посколь­ку оно воз­ни­ка­ет глав­ным обра­зом пото­му, что ана­ло­гич­ный харак­тер функ­ци­о­наль­но­го объ­яс­не­ния побуж­да­ет нас рас­смат­ри­вать соот­вет­ству­ю­щие состо­я­ния так, как если бы они были инструк­ци­я­ми для выпол­не­ния опре­де­лён­ных дей­ствий. Вто­рой момент заклю­ча­ет­ся в том, что оно [функ­ци­о­наль­ное пре­об­ра­зо­ва­ние] даёт нам спо­соб гово­рить не толь­ко о содер­жа­нии, но и о фор­ме. Спо­со­бы варьи­ро­ва­ния ком­по­нен­тов соот­вет­ству­ю­щих состо­я­ний мож­но клас­си­фи­ци­ро­вать на язы­ке более общих функ­ци­о­наль­ных ролей, кото­рые они игра­ют, и эти клас­си­фи­ка­ции предо­став­ля­ют более или менее абстракт­ные фор­мы, соот­вет­ству­ю­щие содер­жа­нию их кон­крет­ных вари­а­ций. Ины­ми сло­ва­ми, фор­ма пред­став­ля­ет собой функ­ци­о­наль­ные инва­ри­ан­ты, кото­рые огра­ни­чи­ва­ют вари­а­ции, в кото­рых заклю­ча­ет­ся содер­жа­ние. Она пред­став­ля­ет собой струк­ту­ру тех эле­мен­тов схе­мы ком­му­та­ции, в кото­рых зако­ди­ро­ван диа­па­зон вари­а­ций состо­я­ний, несу­щих содержание.

3.Перцепция, репрезентация и представление

Теперь мы можем перей­ти к рас­смот­ре­нию вопро­са о том, какие состо­я­ния кау­заль­ной систе­мы заслу­жи­ва­ют того, что­бы им при­пи­сы­ва­лось так назы­ва­е­мое пер­цеп­тив­ное содер­жа­ние, и в какой мере они [состо­я­ния] явля­ют­ся репре­зен­та­тив­ны­ми и/или кон­цеп­ту­аль­ны­ми. Здесь я после­дую за Сел­лар­сом, кото­рый рас­смат­ри­ва­ет пер­цеп­цию как пере­ход от кау­заль­но дей­ствен­ных чув­ствен­ных дан­ных вво­да к нор­ма­тив­но зна­чи­мым про­по­зи­ци­о­наль­ным дан­ным выво­да, или от чув­ство­ва­ния к пред­став­ле­нию. Я так­же раз­де­ляю здесь его пони­ма­ние при­ро­ды этих кон­цеп­ту­аль­но арти­ку­ли­ро­ванyых дан­ных выво­да, кото­рые моде­ли­ру­ют­ся по образ­цу опи­са­тель­но­го пред­ло­же­ния [declarative sentence]{{Природа свя­зи меж­ду язы­ком и мыш­ле­ни­ем, пред­по­ла­га­е­мая этой мето­до­ло­ги­че­ской пози­ци­ей, оста­ёт­ся спор­ной. В сво­ей ран­ней рабо­те Сел­ларс огра­ни­чи­ва­ет­ся обсуж­де­ни­ем част­ных эпи­зо­дов мыш­ле­ния как про­из­вод­ных от язы­ко­вых «мыс­лей вслух» [“thinkings-out-loud”], посколь­ку пер­вые могут быть поня­ты с точ­ки зре­ния их функ­ци­о­наль­ной роли в про­из­вод­стве послед­них (ср. BBK, ‘Some Reflections on Language Games’ in Science, Perception, and Reality (Atascadero: Ridgeview Publishing, 1963), pp. 321–358. Далее SRLG.), но в сво­их более позд­них рабо­тах он пыта­ет­ся учесть суще­ство­ва­ние част­ных эпи­зо­дов мыш­ле­ния (напри­мер, у неязы­ко­вых живот­ных), кото­рые не име­ют такой функ­ци­о­наль­ной свя­зи с язы­ко­вым выра­же­ни­ем (‘Mental Events’, Philosophical Studies, 1981, Vol. 39, No. 4, pp. 325–345.). Одна­ко, дру­гие авто­ры, кото­рые вос­при­ня­ли эту мето­до­ло­ги­че­скую пози­цию его ран­них работ, отверг­ли этот более позд­ний пово­рот (Robert Brandom, Making It Explicit (Cambridge, MA: Harvard University Press, 1994), ch.3, §5). Здесь в мои наме­ре­ния не вхо­дит попыт­ка раз­ре­ше­ния это­го вопро­са.}}. По Сел­лар­су, кон­цеп­ту­аль­ное содер­жа­ние долж­но пони­мать­ся преж­де все­го в каче­стве функ­ци­о­наль­ной роли, кото­рую пред­ло­же­ние и его ком­по­нен­ты игра­ют в язы­ко­вой игре вопро­сов и отве­тов об обос­но­ва­ни­ях [giving and asking for reasons]. Это линг­ви­сти­че­ская прак­ти­ка, состо­я­щая из трёх раз­лич­ных типов пове­де­ния, свя­зан­ных с пред­ло­же­ни­я­ми: пере­хо­дов язы­ко­во­го вво­да [language-entry transitions] (пер­цеп­ция), внут­ри­я­зы­ко­вых пере­хо­дов [intra-language transitions] (выве­де­ние) и пере­хо­дов язы­ко­во­го выво­да [language-departure transitions] (действие){{Более подроб­ное изло­же­ние этих идей мож­но най­ти в SRLG.}}. Пере­хо­ды язы­ко­во­го вво­да — это резуль­тат пове­ден­че­ских дис­по­зи­ций отно­си­тель­но одоб­ре­ния [endorse] пред­ло­же­ний на осно­ва­нии неязы­ко­вых чув­ствен­ных дан­ных вво­да (напри­мер, утвер­жде­ние «идёт дождь» в ответ на нали­чие дождя), а пере­хо­ды язы­ко­во­го выво­да — это резуль­та­ты пове­ден­че­ских дис­по­зи­ций, направ­лен­ных на про­из­вод­ство неязы­ко­вых пове­ден­че­ских дан­ных выво­да на осно­ва­нии одоб­рен­ных пред­ло­же­ний (напри­мер, исполь­зо­вать зон­тик при усло­вии одоб­ре­ния утвер­жде­ний «идёт дождь», «дождь испор­тит мою рубаш­ку» и «у меня под рукой есть зон­тик»). Внут­ри­я­зы­ко­вые пере­хо­ды (напри­мер, выве­де­ние «зем­ля будет мок­рой» из «идёт дождь») мож­но счи­тать под­лин­ны­ми хода­ми [genuine moves] в дан­ной игре, посколь­ку они могут осу­ществ­лять­ся в соот­вет­ствии с пра­ви­ла­ми выве­де­ния [inference] (как-долж­но-быть-сде­ла­но) [ought-to-dos], а не про­сто оце­ни­ва­ют­ся в соот­вет­ствии с функ­ци­о­наль­ны­ми нор­ма­ми, регу­ли­ру­ю­щи­ми соот­вет­ству­ю­щие дис­по­зи­ции (как-долж­но-быть) [ought-to-bes]. Одна­ко, того, что каж­дый из этих типов пере­хо­да под­ле­жит нор­ма­тив­ной оцен­ке того или ино­го рода, доста­точ­но для того, что­бы обес­пе­чить пред­ло­же­ни­ям еди­ную функ­ци­о­наль­ную роль внут­ри общей эко­но­ми­ки пер­цеп­ции, выве­де­ния и дей­ствия. Два пред­ло­же­ния име­ют одно и то же содер­жа­ние лишь постоль­ку, посколь­ку они долж­ным обра­зом задей­ство­ва­ны в одних и тех же пере­хо­дах, и два ком­по­нен­та выра­же­ний име­ют одно и то же содер­жа­ние лишь постоль­ку, посколь­ку их вклад в роли тех пред­ло­же­ний, кото­рые они состав­ля­ют, — один и тот же. Посколь­ку состо­я­ния систе­мы могут кос­вен­ным обра­зом обла­дать кон­цеп­ту­аль­ным содер­жа­ни­ем в той мере, в какой они соот­вет­ству­ю­щим обра­зом функ­ци­о­наль­но свя­за­ны с воз­мож­но­стью порож­де­ния язы­ко­во­го пове­де­ния, то смысл, в кото­ром пере­ход от кау­заль­ных дан­ных вво­да к кон­цеп­ту­аль­но содер­жа­тель­но­му состо­я­нию счи­та­ет­ся пер­цеп­тив­ным, сле­ду­ет пони­мать как смысл, в кото­ром ход язы­ко­во­го вво­да явля­ет­ся пер­цеп­тив­ным. Нако­нец, я буду при­ни­мать как долж­ное, что кон­цеп­ту­аль­ное содер­жа­ние явля­ет­ся репре­зен­та­тив­ным, посколь­ку я согла­сен с Сел­лар­сом в том, что оно обо­зна­ча­ет [signifies] вещи в мире, но я не буду углуб­лять­ся в мучи­тель­ный вопрос о том, как в дан­ном слу­чае мож­но было бы рекон­стру­и­ро­вать репре­зен­та­цию исхо­дя из выве­де­ния [inference]{{В BBK (раз­дел II) Сел­ларс про­во­дит раз­ли­чие меж­ду дву­мя типа­ми репре­зен­та­ции: обо­зна­че­ние и отоб­ра­же­ние. Пер­вый харак­те­рен толь­ко для кон­цеп­ту­аль­но арти­ку­ли­ро­ван­ных репре­зен­та­ций поль­зо­ва­те­лей язы­ка, в то вре­мя как вто­рой явля­ет­ся общим для тех видов пре­об­ра­зо­ва­ния и обо­зна­че­ния окру­жа­ю­щей сре­ды, кото­рые мы раз­де­ля­ем с неязы­ко­вы­ми живот­ны­ми. Подроб­нее о послед­нем будет ска­за­но ниже, но сто­ит отме­тить, что попыт­ка Брэн­до­ма объ­яс­нить репре­зен­та­цию с точ­ки зре­ния выве­де­ния в MIE мож­но рас­смат­ри­вать как попыт­ку сфор­му­ли­ро­вать пер­вый тип.}}.

На этом осно­ва­нии, я счи­таю, что всё, что име­ет смысл назы­вать пер­цеп­тив­ным содер­жа­ни­ем, долж­но быть при­су­ще состо­я­ни­ям меха­низ­мов, участ­ву­ю­щих во всём про­цес­се пере­хо­да от чув­ство­ва­ния к пред­став­ле­нию. Заим­ствуя у Брэн­до­ма дру­гой тер­мин, мож­но было бы ска­зать, что пер­цеп­тив­ным содер­жа­ни­ем долж­но обла­дать неко­то­рое состо­я­ние пер­цеп­тив­но­го меха­низ­ма, лежа­ще­го в осно­ве надёж­ных диф­фе­рен­ци­аль­ных ответ­ных дис­по­зи­ций [reliable differential responsive dispositions, RDRDs] (НДОД) раци­о­наль­но­го аген­та{{MIE, гла­ва. 4.}}. Одна­ко, потен­ци­аль­ных кан­ди­да­тов на эту роль доволь­но мно­го, посколь­ку может суще­ство­вать мно­же­ство состо­я­ний под­си­стем с пере­мен­ны­ми функ­ци­о­наль­ны­ми дан­ны­ми выво­да, участ­ву­ю­щих в обра­бот­ке чув­ствен­ной инфор­ма­ции в кон­цеп­ту­аль­ное содер­жа­ние. Огра­ни­чи­ва­ясь пока наши­ми соб­ствен­ны­ми визу­аль­ны­ми систе­ма­ми, мож­но ска­зать, что они могут варьи­ро­вать­ся от пат­тер­на акти­ва­ции на зад­ней стен­ке сет­чат­ки (пре­сло­ву­тое сти­муль­ное зна­че­ние [stimulus meaning] Куайна){{W. V. O Quine, Word and Object (Cambridge, MA: MIT Press, 1960), гла­ва. 2.}} и нев­ро­ло­ги­че­ских состо­я­ний раз­лич­ных систем обра­бот­ки инфор­ма­ции в зри­тель­ной коре до нев­ро­ло­ги­че­ских состо­я­ний гло­баль­ной систе­мы, кото­рая инте­гри­ру­ет инфор­ма­цию из раз­лич­ных источ­ни­ков и дела­ет её доступ­ной для дру­гих когни­тив­ных про­цес­сов (напри­мер, фено­ме­наль­ная модель мира [phenomenal world model] Метцингера){{Thomas Metzinger, The Ego Tunnel (New York: Basic Books, 2009), гла­ва 2.}}. Более того, посколь­ку рас­кры­ва­ю­щие содер­жа­ние состо­я­ния могут скла­ды­вать­ся в дру­гие состо­я­ния, мож­но так­же гово­рить о ком­би­на­ци­ях любых пере­чис­лен­ных вари­ан­тов вплоть до вклю­че­ния их всех сра­зу. Меж­ду чув­ство­ва­ни­ем и пред­став­ле­ни­ем суще­ству­ет мно­же­ство уров­ней обра­бот­ки инфор­ма­ции, и все они могут быть пред­ме­том функ­ци­о­наль­ных пре­об­ра­зо­ва­ний в той мере, в какой они осу­ществ­ля­ют вывод дан­ных на дру­гие слои или на конеч­ный кон­цеп­ту­аль­но арти­ку­ли­ро­ван­ный про­дукт. Такое раз­но­об­ра­зие вари­ан­тов долж­но дать нам допол­ни­тель­ные осно­ва­ния для того, что­бы соблю­дать осто­рож­ность, пред­по­ла­гая, что суще­ству­ет есте­ствен­ный спо­соб инди­ви­ду­а­ли­за­ции пер­цеп­тив­но­го содержания.

Вопрос теперь заклю­ча­ет­ся в том, что озна­ча­ло бы ска­зать, что любое из этих состо­я­ний обла­да­ет репре­зен­та­тив­ным, но некон­цеп­ту­аль­ным содер­жа­ни­ем. Это то, что Сел­ларс назы­ва­ет отоб­ра­же­ни­ем [picturing] в про­ти­во­вес обозначению{{См. снос­ку 13.}}. Оче­вид­но, что здесь сле­ду­ет вновь обра­тить­ся к поня­тию изо­мор­физ­ма и ска­зать, что содер­жа­ние, кото­рое уже инди­ви­ду­а­ли­зи­ро­ва­но функ­ци­о­наль­ным пре­об­ра­зо­ва­ни­ем, репре­зен­та­тив­но в той мере, в какой меж­ду ним и неко­то­рым состо­я­ни­ем в мире, кото­рое оно, таким обра­зом, при­зва­но репре­зен­ти­ро­вать, суще­ству­ет изо­мор­физм. К при­ме­ру, содер­жа­ние кас­сет VHS и Betamax может быть одним и тем же постоль­ку, посколь­ку они запи­сы­ва­ют дан­ные с одной и той же каме­ры наблю­де­ния, и тогда мож­но счи­тать, что они отоб­ра­жа­ют одни и те же собы­тия в той мере, в какой меж­ду этим содер­жа­ни­ем и соот­вет­ству­ю­щи­ми собы­ти­я­ми нали­че­ству­ет изо­мор­физм. Одна­ко, здесь воз­ни­ка­ют те же про­бле­мы, что и с про­из­воль­ны­ми пре­об­ра­зо­ва­ни­я­ми, о кото­рых речь шла выше, посколь­ку мы можем вызвать в вооб­ра­же­нии [conjure up] изо­мор­физм с дру­ги­ми потен­ци­аль­но посто­рон­ни­ми собы­ти­я­ми и состо­я­ни­я­ми. Тогда мы можем пред­по­ло­жить, что этот изо­мор­физм огра­ни­чен кау­заль­ным про­ис­хож­де­ни­ем соот­вет­ству­ю­щих состо­я­ний. Одна­ко, это озна­ча­ло бы, что если кас­се­ты будут дефор­ми­ро­ва­ны в точ­но­сти одним и тем же спо­со­бом под воз­дей­стви­ем одно­го и того же маг­нит­но­го поля, то они тем самым репре­зен­ти­ру­ют это маг­нит­ное поле. Сел­ларс реша­ет эту про­бле­му сле­ду­ю­щим обра­зом: изо­мор­физм дол­жен быть более глу­бо­ко при­вя­зан к функ­ци­о­наль­ной роли состо­я­ния, несу­ще­го содержание.

В «Быть и быть извест­ным» [“Being and Being Known”] он иллю­стри­ру­ет это на при­ме­ре робо­та, кото­рый хра­нит инфор­ма­цию на похо­жей маг­нит­ной лен­те, кото­рая, по его мне­нию, отоб­ра­жа­ет его окру­же­ние в силу изо­мор­физ­ма меж­ду состо­я­ни­ем лен­ты и состо­я­ни­ем сре­ды. Одна­ко, он так­же утвер­жда­ет, что:

Это отоб­ра­же­ние нель­зя абстра­ги­ро­вать из меха­ни­че­ских и элек­трон­ных про­цес­сов, в кото­рых участ­ву­ет эта лен­та. Пат­тер­ны на лен­те не отоб­ра­жа­ют окру­же­ние робо­та толь­ко в силу того, что явля­ют­ся пат­тер­на­ми на лен­те. Выра­жа­ясь сло­ва­ми Вит­ген­штей­на, «метод       про­ек­ции» кар­ты вклю­ча­ет в себя тот спо­соб, кото­рым пат­тер­ны на лен­те допол­ня­ют­ся, изме­ня­ют­ся и вызы­ва­ют ответ­ную реак­цию со сто­ро­ны дру­гих ком­по­нен­тов робо­та. Это кар­та толь­ко в силу физи­че­ско­го габи­ту­са робо­та, т.е. в силу меха­ни­че­ских и элек­трон­ных пред­рас­по­ло­жен­но­стей, кото­рые коре­нят­ся, в конеч­ном ито­ге, в его схе­ме ком­му­та­ции{{BBK, §40.}}.

Под­во­дя итог, мож­но ска­зать, что огра­ни­че­ния изо­мор­физ­ма, кото­рые поз­во­ля­ют нам про­из­ве­сти репре­зен­та­тив­ное пре­об­ра­зо­ва­ние меж­ду состо­я­ни­я­ми двух систем, каса­ют­ся не толь­ко сход­ства функ­ци­о­наль­ных дан­ных выво­да, но и более ком­плекс­но­го отно­ше­ния про­ек­ции, в кото­ром состо­я­ние явля­ет­ся посред­ни­ком меж­ду функ­ци­о­наль­но задан­ны­ми дан­ны­ми вво­да и выво­да. К при­ме­ру, мы можем пони­мать пере­мен­ное состо­я­ние схе­мы ком­му­та­ции пче­лы как репре­зен­ти­ру­ю­щую путь к источ­ни­ку нек­та­ра, посколь­ку он варьи­ру­ет­ся соот­вет­ству­ю­щим обра­зом, когда пче­ла обна­ру­жи­ва­ет источ­ник нек­та­ра и осу­ществ­ля­ет пове­де­ние воз­вра­та к нему вме­сте с дру­ги­ми пчё­ла­ми. Более того, танец, кото­рый пче­ла испол­ня­ет для того, что­бы напра­вить дру­гих пчёл к это­му источ­ни­ку, репре­зен­ти­ру­ет этот путь в той мере, в какой его вари­а­ции соот­вет­ству­ю­щим обра­зом соот­но­сят­ся с пове­де­ни­ем сле­до­ва­ния к это­му источнику{{Этот при­мер вос­хо­дит к Сел­лар­су (SRLG, §§14–15), но он и свя­зан­ное с ним опи­са­ние отоб­ра­же­ния более подроб­но раз­ра­бо­та­ны Рут Мил­ли­кан (Language: A Biological Model (Oxford: Clarendon Press, 2005) pp. 96–98).}}.

Таким обра­зом, для состо­я­ния наших пер­цеп­тив­ных меха­низ­мов быть некон­цеп­ту­аль­ным и в то же вре­мя репре­зен­та­тив­ным в этом смыс­ле озна­ча­ло бы, что оно игра­ет функ­ци­о­наль­ную роль в про­цес­се систе­ма­ти­че­ско­го направ­ле­ния [guiding] пове­де­ния в соот­вет­ствии с чув­ствен­ны­ми дан­ны­ми вво­да, кото­рые в неко­то­рой сте­пе­ни неза­ви­си­мы от любой роли, кото­рую игра­ет кон­цеп­ту­аль­ное содер­жа­ние в направ­ле­нии дей­ствия, посколь­ку послед­нее про­из­вод­но от роли пред­ло­же­ний в пере­хо­дах язы­ко­во­го выво­да так же, как пер­цеп­ция явля­ет­ся про­из­вод­на от роли пред­ло­же­ний в пере­хо­дах язы­ко­во­го вво­да. Вопрос, таким обра­зом, заклю­ча­ет­ся в том, в какой мере такие состо­я­ния могут играть актив­ную роль в пере­хо­де от чув­ство­ва­ния к пред­став­ле­нию (пер­цеп­ции) без того, что­бы их роль в пере­хо­де от чув­ство­ва­ния к пове­де­нию опо­сре­до­ва­лась пред­став­ле­ни­ем. Я не став­лю себе здесь цель пол­но­стью раз­ре­шить дан­ный вопрос{{Это одна из обла­стей, в кото­рой рабо­та Сел­лар­са в обла­сти фило­со­фии созна­ния мог­ла бы пло­до­твор­но скре­щи­вать­ся с иде­я­ми в духе Хай­дег­ге­ра, посколь­ку акцент на спо­соб­но­стях справ­лять­ся с окру­жа­ю­щей сре­дой прак­ти­че­ским обра­зом послед­не­го, кото­рая не пред­по­ла­га­ет выве­де­ния, но, тем не менее, может пре­ры­вать­ся и кор­рек­ти­ро­вать­ся в соот­вет­ствии с ним, пред­ла­га­ет спо­соб осмыс­ле­ния того, как такие состо­я­ния могут быть задей­ство­ва­ны в меха­низ­мах, лежа­щих в осно­ве наших пове­ден­че­ских дис­по­зи­ций.}}. Одна­ко, я счи­таю прав­до­по­доб­ным пред­по­ло­же­ние о том, что неко­то­рые такие состо­я­ния суще­ству­ют, посколь­ку наши пер­цеп­тив­ные спо­соб­но­сти созда­ют­ся не на пустом месте [out of whole cloth], а осно­ва­ны на аспек­тах нашей пси­хо­ло­гии, кото­рые мы раз­де­ля­ем с неязы­ко­вы­ми живот­ны­ми и доязы­ко­вы­ми младенцами.

4.Универсальное и партитивное содержание

Про­ве­дя раз­ли­чие меж­ду нере­пре­зен­та­тив­ным, некон­цеп­ту­аль­ным и кон­цеп­ту­аль­ным содер­жа­ни­ем, кото­рое состо­я­ния наших пер­цеп­тив­ных меха­низ­мов могут рас­кры­вать с точ­ки зре­ния функ­ци­о­наль­ных ролей их ком­по­нен­тов в этих меха­низ­мах, теперь я хочу про­ве­сти на этой осно­ве после­ду­ю­щее раз­ли­чие меж­ду типа­ми содер­жа­ния и посмот­реть, как это раз­ли­чие может про­лить свет на миф о кате­го­ри­аль­ном дан­ном. Раз­ли­чие, кото­рое я хочу про­ве­сти, заклю­ча­ет­ся в том, что я назо­ву пар­ти­тив­ной и уни­вер­саль­ной фор­ма­ми содер­жа­ния. К пер­вым отно­сят­ся фор­мы содер­жа­ния, инди­ви­ду­а­ли­за­ция кото­рых зави­сит от функ­ци­о­наль­ных пре­об­ра­зо­ва­ний, кото­рые спе­ци­фи­ци­ру­ют­ся с точ­ки зре­ния част­ных кау­заль­ных меха­низ­мов, тогда как ко вто­рым отно­сят­ся все фор­мы содер­жа­ния, инди­ви­ду­а­ли­за­ция кото­рых пол­но­стью неза­ви­си­ма от любо­го рода част­ных кау­заль­ных меха­низ­мов. Мы уже про­во­ди­ли подоб­ное раз­ли­чие при рас­смот­ре­нии раз­ли­чий меж­ду содер­жа­ни­ем, инди­ви­ду­а­ли­зи­ру­е­мым с точ­ки зре­ния функ­ци­о­наль­ных пре­об­ра­зо­ва­ний, и содер­жа­ни­ем, инди­ви­ду­а­ли­зи­ру­е­мым с точ­ки зре­ния чисто­го изо­мор­физ­ма. Харак­те­ри­сти­ка послед­не­го совер­шен­но неза­ви­си­ма в том, что каса­ет­ся меха­низ­ма, но в конеч­ном счё­те не может быть полез­на ни в одном кау­заль­ном объ­яс­не­нии, будь то пси­хо­ло­ги­че­ском или ином, тогда как харак­те­ри­сти­ка пер­во­го, наря­ду с репре­зен­та­тив­ны­ми пре­об­ра­зо­ва­ни­я­ми, кото­рые мы обсуж­да­ли, зави­сит от кау­заль­ной струк­ту­ры меха­низ­мов, на язы­ке кото­рых зада­ют­ся дан­ные вывода.

Одна­ко важ­но при­нять во вни­ма­ние, что хотя кон­цеп­ту­аль­ное содер­жа­ние, кото­рое воз­ни­ка­ет в резуль­та­те пер­цеп­ции, функ­ци­о­наль­но инди­ви­ду­а­ли­зи­ро­ва­но, оно, тем не менее, уни­вер­саль­но в том смыс­ле, кото­рый был опре­де­лён выше. Это объ­яс­ня­ет­ся тем, что язы­ко­вые игры, из кото­рых выте­ка­ют функ­ци­о­наль­ные роли, внут­ренне рас­ши­ря­е­мы [intrinsically extensible]. Хотя спо­соб­ность каж­до­го отдель­но­го гово­ря­ще­го осу­ществ­лять пере­ход язы­ко­во­го вво­да свя­за­на со струк­ту­рой его соб­ствен­ных пер­цеп­тив­ных меха­низ­мов, кон­цеп­ты, кото­рые они вво­дят в при­ме­не­ние, не явля­ют­ся тем самым инди­ка­то­ра­ми этих меха­низ­мов. Хотя про­цесс, в ходе кото­ро­го мы про­бле­ма­ти­зи­ру­ем и обос­но­вы­ва­ем отчё­ты наблю­де­ния, каса­ет­ся адек­ват­но­го функ­ци­о­ни­ро­ва­ния меха­низ­мов, кото­рые их про­из­во­дят, оце­ни­ва­ние это­го функ­ци­о­ни­ро­ва­ния откры­то для спо­ров каса­тель­но кау­заль­ных вза­и­мо­от­но­ше­ний меж­ду наблю­да­е­мы­ми состо­я­ни­я­ми и систе­ма­ми, кото­рые осу­ществ­ля­ют это наблю­де­ние. К при­ме­ру, аргу­мен­ты по пово­ду наблю­де­ния цве­та откры­ты для инфор­ма­ции о цве­то­вых иллю­зи­ях, кото­рые зави­сят от наших тео­ре­ти­че­ских пред­став­ле­ний того, как рецеп­то­ры кол­бо­чек вза­и­мо­дей­ству­ют со све­то­вы­ми вол­на­ми раз­лич­ной дли­ны и того, каким спо­со­бом инфор­ма­ция, кото­рую они про­из­во­дят, инте­гри­ру­ет­ся посред­ством зри­тель­ной коры. Это же тео­ре­ти­че­ское пони­ма­ние кау­заль­ных вза­и­мо­от­но­ше­ний меж­ду цве­том и све­том поз­во­ли­ло нам встро­ить в наши прак­ти­ки новые и более точ­ные изме­ри­тель­ные при­бо­ры. То же самое при­ме­ни­мо и к таким кон­цеп­там, как тем­пе­ра­ту­ра, дав­ле­ние, мас­са и т. п., для кото­рых эмпи­ри­че­ская нау­ка поз­во­ли­ла нам создать пре­вос­ход­ные сред­ства наблю­де­ния и изме­ре­ния, тем самым улуч­шив нашу спо­соб­ность при­ме­нять эмпи­ри­че­ские кон­цеп­ты на осно­ве наших пар­ти­тив­ных пер­цеп­тив­ных меха­низ­мов. Коро­че гово­ря, кон­цепт, кото­рый мож­но было бы при­ме­нять толь­ко одним спо­со­бом, не был бы эмпи­ри­че­ским кон­цеп­том, посколь­ку пред­по­ла­га­ет­ся, что дан­ный кон­цепт дол­жен выво­ди­мым обра­зом [inferentially] коди­ро­вать кау­заль­ные зако­но­мер­но­сти, на кото­рых осно­вы­ва­ют­ся соот­вет­ству­ю­щие пер­цеп­тив­ные механизмы{{Эта связь меж­ду эмпи­ри­че­ски­ми кон­цеп­та­ми и кау­заль­ной модаль­но­стью подроб­но раз­ра­бо­та­на в рабо­те Сел­лар­са ‘Concepts as Involving Laws and Inconceivable Without Them’ (in Philosophy of Science, Oct. 1948, Vol. 15, pp. 287–313) и иссле­ду­ет­ся далее Брэн­до­мом в BSD, гла­вы 4–6.}}. Таким обра­зом, вполне воз­мож­но, что гово­ря­щие с совер­шен­но раз­лич­ны­ми кау­заль­ны­ми эко­но­ми­ка­ми могут невы­во­ди­мым обра­зом при­ме­нять один и тот же кон­цепт, если толь­ко их пове­де­ние мож­но соот­вет­ству­ю­щим обра­зом три­ан­гу­ли­ро­вать изнут­ри самой игры вопро­сов и отве­тов об обос­но­ва­ни­ях, посколь­ку кау­заль­ная струк­ту­ра любо­го дан­но­го пер­цеп­тив­но­го меха­низ­ма так или ина­че под­да­ёт­ся ана­ли­зу посред­ством выве­де­ния.

Тем не менее, эта рас­ши­ря­е­мость и выте­ка­ю­щая из неё уни­вер­саль­ность не отме­ня­ют того фак­та, что наши кон­цеп­ты явля­ют­ся дости­же­ни­я­ми осо­бо­го рода. Тео­ре­ти­че­ское пони­ма­ние кау­заль­ной струк­ту­ры, зало­жен­ной в роли наших эмпи­ри­че­ских кон­цеп­тов в выве­де­нии, сто­и­ло нам боль­шо­го тру­да. Эта роль в выве­де­нии [inferential role], таким обра­зом, есть нечто, что изме­ня­ет­ся и рас­тёт по мере того, как науч­ная дея­тель­ность пере­смат­ри­ва­ет и уточ­ня­ет наше понимание{{В свя­зи с этим воз­ни­ка­ют вопро­сы о сте­пе­ни сход­ства функ­ци­о­наль­ной роли, необ­хо­ди­мой для оди­на­ко­во­сти кон­цеп­ту­аль­но­го содер­жа­ния, кото­рые долж­ны оста­вать­ся за рам­ка­ми дан­ной рабо­ты, что­бы не втя­ги­вать нас в деба­ты об оди­на­ко­во­сти зна­че­ния, кото­рые бур­но ведут­ся в фило­со­фии язы­ка по край­ней мере начи­ная с ‘Two Dogmas of Empiricism’ Куай­на (The Philosophical Review, 1951, Vol. 60, pp. 20–43.) и свя­зан­ных с ними деба­тов об оди­на­ко­во­сти рефе­рен­ции тео­ре­ти­че­ских тер­ми­нов меж­ду раз­лич­ны­ми тео­ри­я­ми, кото­рые рас­цве­ли вслед за этим в фило­со­фии нау­ки.}}. Этот момент прин­ци­пи­аль­но важен для пони­ма­ния сел­лар­сов­ско­го опи­са­ния кате­го­ри­аль­ной фор­мы и, соот­вет­ствен­но, мифа о кате­го­ри­аль­ном дан­ном. В той мере, в какой они инди­ви­ду­а­ли­зи­ро­ва­ны в том, что каса­ет­ся функ­ци­о­наль­ной роли, кон­цеп­ты отоб­ра­жа­ют отно­си­тель­но фик­си­ро­ван­ные фор­мы функ­ци­о­наль­ной инва­ри­ант­но­сти во мно­гом так же, как фор­мы функ­ци­о­наль­но инди­ви­ду­а­ли­зи­ро­ван­но­го содер­жа­ния. Подоб­но тому, как фор­ма в целом состо­ит из более общих функ­ци­о­наль­ных ролей, кото­рые груп­пи­ру­ют дру­гие функ­ци­о­наль­ные роли посред­ством тако­го рода инва­ри­ант­но­стей, так и кате­го­ри­аль­ная фор­ма состо­ит из тех более общих функ­ци­о­наль­ных ролей, кото­рые явля­ет­ся общи­ми для спе­ци­фи­че­ски кон­цеп­ту­аль­ных ролей. По Сел­лар­су, кате­го­рии — это про­сто кон­цеп­ты, кото­рые клас­си­фи­ци­ру­ют дру­гие кон­цеп­ты таким обра­зом. Важ­ность при­зна­ния кон­цеп­тов как дости­же­ний заклю­ча­ет­ся в том, что это вынуж­да­ет нас при­знать раз­ли­чие меж­ду кате­го­ри­аль­ной фор­мой, кото­рая «при­над­ле­жит» нашим кон­цеп­там как кон­цеп­там, и кате­го­ри­аль­ной фор­мой, кото­рая «при­над­ле­жит» нашим кон­цеп­там как част­ным попыт­кам выво­ди­мым обра­зом зако­ди­ро­вать струк­ту­ру мира. В резуль­та­те воз­ни­ка­ет раз­ли­чие меж­ду логи­че­ски­ми кате­го­ри­я­ми, кото­рые оста­ют­ся инва­ри­ант­ны­ми при раз­лич­ных пере­смот­рах наших кон­цеп­ту­аль­ных моде­лей мира (напри­мер, имя соб­ствен­ное, пре­ди­кат, кван­тор и т. д.) и эмпи­ри­че­ски­ми кате­го­ри­я­ми, кото­рые рас­кры­ва­ют инва­ри­ант­ные свой­ства этих моде­лей, кото­рые, тем не менее, могут быть пере­смот­ре­ны вме­сте с ними (напри­мер, физи­че­ский объ­ект, слу­чай­ное свой­ство, про­цесс и т. д.).

Это поз­во­ля­ет нам объ­яс­нить миф о кате­го­ри­аль­ном дан­ном и опи­сать его соблаз­ни­тель­ный харак­тер. Сна­ча­ла я про­ци­ти­рую лако­нич­ное опи­са­ние этой фор­мы мифа, дан­ное Селларсом:

Отказ от мифа о дан­ном озна­ча­ет отказ от идеи, что кате­го­ри­аль­ная струк­ту­ра мира — если он име­ет кате­го­ри­аль­ную струк­ту­ру — нала­га­ет­ся на разум, как печа­тью на рас­плав­лен­ный воск нала­га­ет­ся неко­то­рое изображение{{Wilfrid Sellars, ‘Foundations for a Metaphysics of Pure Process: The Carus Lectures of Wilfrid Sellars’, The Monist, Jan. 1981, Vol. 64, No. 1, pp. 3–90, Lecture I, §45. Далее FMPP.}}.

Пер­вое, что здесь необ­хо­ди­мо рас­крыть, — это поня­тие кате­го­ри­аль­ной струк­ту­ры мира. Это пред­мет тра­ди­ци­он­ной мета­фи­зи­ки, но при всём мно­го­об­ра­зии кон­ку­ри­ру­ю­щих набо­ров кате­го­рий, кото­рые встре­ча­ют­ся в тра­ди­ции, доста­точ­но­го объ­яс­не­ния их функ­ций, не счи­тая «рас­чле­не­ния при­ро­ды» [“cutting nature at its joints”]{{Это мета­фо­ра с длин­ной исто­ри­ей, беру­щей нача­ло в Фед­ре Пла­то­на (trans. Robin Waterfield (Oxford: Oxford University Press, 2002), §§265d-266a).}}, прак­ти­че­ски нет. В наших целях про­ще все­го счи­тать, что это всё то, что эмпи­ри­че­ские кате­го­рии обо­зна­ча­ют посред­ством клас­си­фи­ка­ции эмпи­ри­че­ских кон­цеп­тов. Суще­ствен­но то, что в свя­зи с этим воз­ни­ка­ет вопрос о том, может ли кате­го­ри­аль­ная струк­ту­ра быть отоб­ра­же­на при помо­щи некон­цеп­ту­аль­ных форм репре­зен­та­ции, кото­рые мы раз­де­ля­ем с живот­ны­ми и доязы­ко­вы­ми мла­ден­ца­ми. При­знать это озна­ча­ло бы про­ве­сти парал­лель меж­ду кате­го­ри­аль­ной фор­мой наших кон­цеп­ту­аль­ных систем и тем, что мож­но было бы назвать фено­ме­но­ло­ги­че­ской фор­мой соот­вет­ству­ю­щих репре­зен­та­тив­ных механизмов.

Отло­жим это нена­дол­го в сто­ро­ну. Я счи­таю, что мы можем пере­фор­му­ли­ро­вать миф сле­ду­ю­щим обра­зом: он заклю­ча­ет­ся в идее, что суще­ству­ет некая фор­ма уни­вер­саль­но­го пер­цеп­тив­но­го содер­жа­ния, кото­рое отлич­но от эмпи­ри­че­ско­го кон­цеп­ту­аль­но­го содер­жа­ния, как его опи­сы­ва­ет Сел­ларс. Это все­го лишь утвер­жде­ние о том, что суще­ству­ет некий спе­ци­фи­че­ский смысл, в кото­ром мож­но было бы ска­зать, что два абсо­лют­но любых разум­ных суще­ства име­ют один и тот же опыт, не имея при этом одно­го и того же кон­цеп­ту­аль­но­го пони­ма­ния это­го опы­та. Если выра­зить это на язы­ке нашей направ­ля­ю­щей мета­фо­ры, это рав­но­силь­но тому, что­бы рас­смат­ри­вать себя так, как если бы у нас в голо­вах была теле­ви­зи­он­ная аппа­ра­ту­ра, не име­ю­щая опре­де­лён­ной кау­заль­но-функ­ци­о­наль­ной струк­ту­ры. Это озна­ча­ет пред­по­ло­же­ние о том, что суще­ству­ет некая раз­но­вид­ность содер­жа­ния, кото­рая инди­ви­ду­а­ли­зи­ру­ет­ся сама собой, посколь­ку она в прин­ци­пе не может инди­ви­ду­а­ли­зи­ро­вать­ся сред­ства­ми функ­ци­о­наль­но­го пре­об­ра­зо­ва­ния меж­ду носи­те­ля­ми это­го содер­жа­ния. Имен­но здесь воз­ни­ка­ет соблазн рас­смат­ри­вать пер­цеп­тив­ное содер­жа­ние как доступ­ное для интро­спек­ции, посколь­ку он [соблазн] с лёг­ко­стью дохо­дит до рас­смот­ре­ния интро­спек­ции как прин­ци­пи­аль­но един­ствен­но­го режи­ма досту­па к содер­жа­нию. Имен­но такое рас­смот­ре­ние интро­спек­ции как чего-то един­ствен­но­го в сво­ём роде [sui generis] ведёт к тому, что пер­цеп­тив­ное содер­жа­ние в сво­ей само­ин­ди­ви­ду­а­ли­за­ции рас­смат­ри­ва­ет­ся как нечто един­ствен­ное в сво­ём роде. Иллю­зия само­ин­ди­ви­ду­а­ли­за­ции под­пи­ты­ва­ет­ся посред­ством непра­во­мер­но инди­ви­ду­а­ли­зи­ру­е­мо­го пер­цеп­тив­но­го содер­жа­ния на том осно­ва­нии, что мы при­пи­сы­ва­ем ему в каче­стве объ­ек­та репре­зен­та­ции (напри­мер, розо­вый кубик льда, на кото­рый мы оба смот­рим), вме­сто пред­по­ло­же­ния отно­си­тель­но того, как оно репре­зен­ти­ру­ет то, что оно репре­зен­ти­ру­ет (напри­мер, функ­ци­о­наль­ная роль, кото­рую соот­вет­ству­ю­щие состо­я­ния игра­ют в более широ­кой пове­ден­че­ской эко­но­ми­ке, вклю­ча­ю­щей розо­вый кубик льда). В силу это­го задан­ное содер­жа­ние ста­но­вит­ся уни­вер­саль­ным в опи­сан­ном выше смыс­ле, но толь­ко в той мере, в какой оно ста­но­вит­ся пара­зи­ти­ру­ю­щим на кон­цеп­ту­аль­ном содер­жа­нии пред­ло­же­ний, кото­рые мы исполь­зу­ем для опи­са­ния того, что оно репре­зен­ти­ру­ет. Имен­но на этом осно­ва­нии наша спо­соб­ность раз­ли­чать при­зна­ки фено­ме­но­ло­ги­че­ской фор­мы наших пер­цеп­тив­ных меха­низ­мов посред­ством интро­спек­тив­ной спо­соб­но­сти пости­же­ния [apprehension] пред­став­ля­ет­ся нам как рас­кры­тие кате­го­ри­аль­ной струк­ту­ры, кото­рую запе­чат­лел в нашем созна­нии [impressed upon] сам мир.

Отли­чи­тель­ной осо­бен­но­стью кате­го­ри­аль­ной фор­мы мифа о дан­ном явля­ет­ся то, что те, кто под­дер­жи­ва­ют его, могут наста­и­вать на том, что даже если интро­спек­тив­ная рефлек­сия о том, каким обра­зом мир пред­ста­ёт перед нами, не может предо­ста­вить нам эпи­сте­мо­ло­ги­че­ские осно­ва­ния кон­крет­ных утвер­жде­ний отно­си­тель­но мира (эпи­сте­ми­че­ское дан­ное), она, тем не менее, может играть более общую эпи­сте­мо­ло­ги­че­скую роль в орга­ни­за­ции про­цес­са про­из­вод­ства утвер­жде­ний [making claims] отно­си­тель­но мира, раз­гра­ни­чи­вая кате­го­рии, кото­рые нам сле­ду­ет исполь­зо­вать для орга­ни­за­ции наших эмпи­ри­че­ских концептов{{Феноменологический про­ект Гус­сер­ля и та роль, кото­рую в нём игра­ет поня­тие кате­го­ри­аль­ной инту­и­ции, явля­ют­ся пара­диг­маль­ны­ми при­ме­ра­ми дан­но­го под­хо­да (ср. Ideas Pertaining to a Pure Phenomenology and to a Pure Phenomenological Philosophy: First Book. (Kluwer Academic Publishers, 1982)).}}. Про­бле­ма здесь не столь­ко в том, что эпи­сте­мо­ло­ги­че­ский про­ект тако­го рода оши­бо­чен [misguided]. Во вся­ком слу­чае, из позд­них работ Сел­лар­са о про­цес­су­аль­ной мета­фи­зи­ке ста­но­вит­ся ясно, что он счи­тал такую рабо­ту воз­мож­ной и необходимой{{Ср. FMPP.}}. Про­бле­ма заклю­ча­ет­ся в идее, что изу­че­ние фено­ме­но­ло­ги­че­ской фор­мы наших пар­ти­тив­ных пер­цеп­тив­ных меха­низ­мов каки­ми бы то ни было сред­ства­ми может вне­сти некий инте­рес­ный вклад в реше­ние этой задачи.

Peter Wolfendale
Питер Вуль­фен­дейл

Фило­соф с севе­ро-восто­ка Англии, рабо­та­ю­щий на пере­се­че­нии мето­до­ло­гии мета­фи­зи­ки и струк­ту­ры раци­о­наль­но­сти. Автор кни­ги «The Noumenon’s New Clothes».

deontologistics.wordpress.com

Последние посты

Архивы

Категории