Аналоговые левые и цифровой капитализм

Поли­ти­че­ские идео­ло­гии обре­че­ны носить отпе­ча­ток той эпо­хи, в кото­рой они заро­ди­лись, поэто­му если им уда­ет­ся пере­жить свое вре­мя, то они пыта­ют­ся уви­деть свою эпо­ху в насто­я­щем и буду­щем. Для тра­ди­ци­о­на­ли­стов и кон­сер­ва­то­ров такое вос­при­я­тие реаль­но­сти вполне есте­ствен­но, ведь сохра­не­ние status quo или даже обра­ще­ние исто­рии вспять для них жела­тель­но. Одна­ко клас­си­че­ские левые в боль­шин­стве сво­ем не раз­де­ля­ют подоб­ные взгля­ды, ука­зы­вая на необ­хо­ди­мость дви­же­ния впе­ред. Науч­но-тех­ни­че­ский про­гресс рас­смат­ри­ва­ет­ся как глав­ный дви­га­тель это­го дви­же­ния.

Подоб­ное вос­при­я­тие мира, типич­ное для клас­си­че­ских марк­си­стов, было на дол­гое вре­мя вытес­не­но из лево­го дис­кур­са. Кри­зи­сы не толь­ко не деста­би­ли­зи­ро­ва­ли капи­та­лизм, но лишь помог­ли ему стать силь­нее и рас­ши­рить­ся. Обе­щан­ный кол­лапс, подоб­но вто­ро­му при­ше­ствию Хри­ста, так и не слу­чил­ся, в то вре­мя как зем­ное цар­ствие капи­та­лиз­ма уже дав­но пре­взо­шло арха­ич­ные меч­ты о про­ле­тар­ском рае.

Ком­му­ни­сти­че­ские экс­пе­ри­мен­ты, с дру­гой сто­ро­ны, не при­нес­ли ни жела­е­мо­го осво­бож­де­ния, ни дол­го­сроч­ной ста­биль­но­сти, ни эко­но­ми­че­ско­го чуда, ни впе­чат­ля­ю­ще­го науч­но-тех­ни­че­ско­го про­грес­са. Даже заслу­жи­ва­ю­щие вни­ма­ния успе­хи (напри­мер, в обла­сти вычис­ли­тель­ной тех­ни­ки) были пол­но­стью ниве­ли­ро­ва­ны в дол­го­сроч­ной пер­спек­ти­ве.

Про­цес­сы тако­го мас­шта­ба слож­но игно­ри­ро­вать. Одна­ко отказ от выра­бо­тан­но­го рефлек­са кри­ти­ки капи­та­лиз­ма потре­бо­вал бы слиш­ком ради­каль­но­го пере­смот­ра цен­но­стей. Вме­сто это­го мы полу­чи­ли пол­ве­ка гос­под­ства «жела­ния окон­ча­тель­но похо­ро­нить любое стрем­ле­ние к пози­тив­но­му эко­но­миз­му»,1 отка­за от про­грес­са, неве­же­ствен­но­го пре­зре­ния к тех­но­ло­гии. Это борь­ба с самой реаль­но­стью, кото­рая при­ве­ла левых к игно­ри­ро­ва­нию все­го, что при­нуж­да­ет при­ни­мать ее. Ока­за­лось, что кри­ти­че­ский пафос мож­но лег­ко сохра­нять, если гово­рить толь­ко о раз­вра­ща­ю­щем вли­я­нии мас­со­вой куль­ту­ры и обще­ства потреб­ле­ния, но избе­гать кон­крет­ных пред­ло­же­ний поли­ти­че­ско­го тол­ка.

На этом фоне рево­лю­ция 1989 года2 мог­ла пока­зать­ся реаль­ным обнов­ле­ни­ем лево­го дис­кур­са. Одна­ко «мес­си­ан­ский пафос Собы­тия» (поня­тие, уже став­шее кли­ше) быст­ро пере­стал быть вдох­нов­ля­ю­щим отве­том на годы застоя. Парахри­сти­ан­ские при­зы­вы Жиже­ка-Бадью наде­ять­ся и верить, что одна­жды подоб­но чуду насту­пит «Боль­шое осво­бо­ди­тель­ное нечто»3 балан­си­ру­ют меж­ду левым пес­си­миз­мом и рели­ги­оз­ной экзаль­та­ци­ей.

Но слож­но игно­ри­ро­вать вли­я­ние тех­но­ло­гий, живя в мире, где тех­но­ло­гии пере­пи­сы­ва­ют пра­ви­ла самой жиз­ни. В этой ситу­а­ции вполне ожи­да­е­мо появ­ле­ние левой кон­цеп­ции, утвер­жда­ю­щей, что пре­одо­ле­ние капи­та­лиз­ма невоз­мож­но без науч­но-тех­ни­че­ско­го про­грес­са. Роль такой фило­со­фии в наши дни при­ме­ря­ет на себя левый аксе­ле­ра­ци­о­низм.

Начи­ная с Мар­ка Фише­ра и закан­чи­вая Ником Шрни­че­ком, левый аксе­ле­ра­ци­о­низм пря­мо утвер­жда­ет, что науч­но-тех­ни­че­ский про­гресс не толь­ко неиз­бе­жен, но и жела­те­лен. Пол­ная авто­ма­ти­за­ция и сни­же­ние роли рутин­но­го тру­да рас­смат­ри­ва­ют­ся как необ­хо­ди­мые усло­вия для пост­ка­пи­та­ли­сти­че­ско­го буду­ще­го. Более того, капи­та­лизм видит­ся как мед­ли­тель­ная и мало­эф­фек­тив­ная систе­ма, кото­рую нуж­но уско­рить (аксе­ле­ри­ро­вать) настоль­ко, что­бы достиг­нуть ее пре­де­лов.4

Левый аксе­ле­ра­ци­о­низм вос­при­ни­ма­ет себя как обнов­ле­ние лево­го дис­кур­са, поз­во­ля­ю­щее дей­ство­вать в совре­мен­ном мире за пре­де­ла­ми напи­са­ния кри­ти­че­ских тек­стов. Одна­ко, как бы под­твер­ждая ехид­ное заме­ча­ние Лан­да, левый аксе­ле­ра­ци­о­низм появил­ся как раз «вовре­мя для того, что­бы опоз­дать».5 И дело тут не толь­ко в том, что люди слиш­ком мед­ли­тель­ны, что­бы успеть осмыс­лить все вре­мя уско­ря­ю­щи­е­ся про­цес­сы (в этом смыс­ле все мы обре­че­ны опаз­ды­вать), но в том, что левый аксе­ле­ра­ци­о­низм в сво­ем вос­при­я­тии тех­но­ло­гий не слиш­ком дале­ко ушел от Марк­са.

Из-за дол­гих лет пара­ли­ча любо­го мыш­ле­ния о тех­но­ло­ги­ях (как, к сло­ву, и об эко­но­ми­ке) левым оста­ет­ся лишь обра­щать­ся к сво­им исто­кам. Пока­за­тель­но, что аксе­ле­ра­ци­о­нист­ский сбор­ник #ACCELERATE начи­на­ет­ся с «Фраг­мен­та о маши­нах» Марк­са, кото­рый детер­ми­ни­ру­ет взгля­ды левых аксе­ле­ра­ци­о­ни­стов, воз­мож­но, даже силь­нее, чем они того хотят.

Связь с арха­и­кой при­во­дит к вос­при­я­тию после­ду­ю­щей исто­рии и совре­мен­но­сти как все еще для­щу­ю­ся арха­и­ку, лишь немно­го в иных фор­мах. Подоб­ная сен­ти­мен­таль­ность про­сти­тель­на боль­шин­ству пра­вых, ведь, в кон­це кон­цов, они нико­гда не хоте­ли про­грес­са, так что если им не дано вер­нуть­ся назад, то они хотя бы име­ют пра­во смот­реть на мир через приз­му про­шло­го. Одна­ко левые, дела­ю­щие став­ку на про­гресс, вызы­ва­ют у сто­рон­не­го наблю­да­те­ля зако­но­мер­ный вопрос: «вы тре­бу­е­те от нас отбро­сить идо­лов про­шло­го и обра­тить свой взор в буду­щее, но раз­ве сами вы не све­ря­е­тесь со ста­рой книж­кой?»

В част­но­сти, это каса­ет­ся вос­при­я­тия тех­но­ло­гий и свя­зан­но­го с ними про­грес­са. Тех­но­ло­гии, с кото­ры­ми имел дело Карл Маркс, — это ткац­кие стан­ки и паро­вые маши­ны, в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни все еще сохра­ня­ю­щие зави­си­мость от рабо­че­го. Исполь­зо­ва­ние элек­три­че­ства было инно­ва­ци­он­ной тех­но­ло­ги­ей, потен­ци­ал кото­рой толь­ко нача­ли осо­зна­вать, а теле­граф казал­ся самым тех­но­ло­гич­ным спо­со­бом ком­му­ни­ка­ции из воз­мож­ных. Про­ще гово­ря, Маркс знал лишь отно­си­тель­но раз­ви­тую ана­ло­го­вую тех­ни­ку. Стим­панк, посте­пен­но пере­хо­дя­щий в тесла­панк.

Имен­но такая ситу­а­ция во мно­гом опре­де­ли­ла пред­став­ле­ние Марк­са о тех­ни­че­ском про­грес­се. Маши­на мыс­лит­ся как гигант­ский кол­лек­тив­ный ремес­лен­ник, т. е. субъ­ек­том про­из­вод­ства высту­па­ет уже не отдель­ный чело­век, а пред­при­я­тие. «Из кар­ли­ко­во­го ору­дия чело­ве­че­ско­го орга­низ­ма оно вырас­та­ет по раз­ме­рам и коли­че­ству в ору­дие создан­но­го чело­ве­ком меха­низ­ма».6 Для уве­ли­че­ния эффек­тив­но­сти ремес­лен­но­го тру­да нуж­но либо уве­ли­чить чис­ло ремес­лен­ни­ков, либо улуч­шить их навы­ки. Ана­ло­гич­но, если в вашем рас­по­ря­же­нии толь­ко ана­ло­го­вые устрой­ства, то рост про­из­вод­ства может быть свя­зан либо с «уве­ли­че­ни­ем чис­ла госу­дар­ствен­ных фаб­рик, ору­дий про­из­вод­ства»,7 либо с уве­ли­че­ни­ем эффек­тив­но­сти их опе­ра­ций.

Так рабо­та­ет ана­ло­го­вое мыш­ле­ние: для роста мы про­сто долж­ны исполь­зо­вать боль­ше про­странств и ресур­сов. Ана­ло­го­вый капи­та­лист верит, что тяже­лый и упор­ный труд — залог богат­ства, но чело­ве­че­ские воз­мож­но­сти тру­дить­ся огра­ни­че­ны, поэто­му в какой-то момент нуж­но искать еще одно­го чело­ве­ка, затем еще и еще. Маши­ны рас­смат­ри­ва­ют­ся так же, про­сто им под силу демон­стри­ро­вать более тяже­лый и упор­ный труд. Тем не менее, прин­цип не меня­ет­ся: нам про­сто нуж­но захва­тить боль­ше про­странств, постро­ить заво­ды и запол­нить их стан­ка­ми.

Для ана­ло­го­во­го лево­го хотя и важен пафос осво­бож­де­ния, одна­ко взгляд на тех­но­ло­гию мало чем отли­ча­ет­ся: «Наше пер­вое тре­бо­ва­ние каса­ет­ся пол­ной авто­ма­ти­за­ции эко­но­ми­ки. Исполь­зуя совре­мен­ные тех­но­ло­ги­че­ские воз­мож­но­сти, такая эко­но­ми­ка мог­ла бы осво­бо­дить людей от тяже­ло­го тру­да, одно­вре­мен­но с этим про­из­во­дя боль­ше богатств».8 И через эту приз­му ана­ло­го­вое мыш­ле­ние смот­рит в буду­щее. Даже поко­ре­ние дру­гих пла­нет для ана­ло­го­во­го мыш­ле­ния — это про­сто допол­ни­тель­ные пло­щад­ки для добы­чи ресур­сов и рас­ши­ре­ния про­из­вод­ства.

Но на деле все это огра­ни­че­ния мыш­ле­ния, свя­зан­ные с огра­ни­че­ни­я­ми ана­ло­го­вой тех­ни­ки. Для полу­че­ния новых функ­ций и мощ­но­стей ана­ло­го­вая тех­ни­ка тре­бу­ет физи­че­ско­го рас­ши­ре­ния или пере­строй­ки самой архи­тек­ту­ры. Циф­ро­вая тех­ни­ка зави­сит от это­го лишь отча­сти, ведь ее потен­ци­ал почти бес­ко­неч­но пре­вос­хо­дит ее стар­то­вые воз­мож­но­сти. Пер­со­наль­ный ком­пью­тер на сто­ле спо­со­бен выпол­нять сот­ни раз­лич­ных задач, для выпол­не­ния кото­рых рань­ше тре­бо­ва­лись все новые устрой­ства. Если вам не хва­та­ет места, то про­сто создай­те новые про­стран­ства и поме­сти­те целые миры на жест­ких дис­ках, чья вме­сти­мость уве­ли­чи­ва­ет­ся вме­сте с умень­ше­ни­ем их физи­че­ско­го раз­ме­ра. И хотя это дви­же­ние не бес­ко­неч­но, мы все еще слиш­ком дале­ки от того, что­бы исчер­пать его потен­ци­ал.

Из это­го рож­да­ет­ся новое мыш­ле­ние, кото­рое заме­ня­ет гиган­то­ма­нию опти­ми­за­ци­ей. Циф­ро­вой капи­та­лизм созда­ет сво­бо­ду и аль­тер­на­ти­вы релик­там про­шло­го в режи­ме онлайн, со ско­ро­стью, пре­вос­хо­дя­щей любые мыс­ли­мые воз­мож­но­сти про­шло­го. Круп­ней­шие сдел­ки мира заклю­ча­ют­ся по про­во­дам, где товар зача­стую настоль­ко же неося­за­ем, как и день­ги, за кото­рые его поку­па­ют. Крип­то­ва­лю­та уже ценит­ся боль­ше, чем любые фиат­ные день­ги, гаран­ти­ро­ван­ные мощью силь­ней­ших дер­жав. Ско­рость ком­мер­че­ских опе­ра­ций дав­но пре­вы­ша­ет ско­рость рабо­ты чело­ве­че­ско­го моз­га. Соци­аль­ные сети дают про­стран­ство для выра­же­ния сво­их мыс­лей, о кото­ром рань­ше не при­хо­ди­лось меч­тать, а попыт­ки огра­ни­чить сво­бо­ду сло­ва лишь порож­да­ют аль­тер­на­тив­ные пло­щад­ки. Циф­ро­вой капи­та­лизм не фан­та­зи­ру­ет о буду­щем, вме­сто это­го он уже сей­час созда­ет все новые про­стран­ства, где закон­сер­ви­ро­ван­ные релик­ты про­шло­го лег­ко поме­ща­ют­ся рядом и даже сли­ва­ют­ся вме­сте с новей­ши­ми раз­ра­бот­ка­ми.

В кон­це кон­цов, чего сто­ит фан­та­зия чело­ве­ка, огра­ни­чен­ная заблуж­де­ни­я­ми, когни­тив­ны­ми иска­же­ни­я­ми, сла­бой памя­тью и ско­ро­стью пере­да­чи элек­три­че­ским импуль­сов в моз­ге? Как она может сопер­ни­чать с самим про­грес­сом, когда-то создав­шим ее лишь как одну из про­ме­жу­точ­ных сту­пе­нек на пути в бес­ко­неч­ность? Поэто­му циф­ро­вое мыш­ле­ние — это уже не вполне чело­ве­че­ское мыш­ле­ние, ско­рее это про­то-син­гу­ляр­ность, где чело­век и ком­пью­тер уже допол­ня­ют друг дру­га. Здесь посто­ян­ная адап­та­ция к новым усло­ви­ям и пла­стич­ность, поз­во­ля­ю­щая созда­вать новые про­стран­ства, явля­ют­ся самой осно­вой твор­че­ства.

Илон Маск, Питер Тиль, Пол Уил­мотт, Линус Торвальдс, Гейб Нью­элл и мно­гие дру­гие не нуж­да­лись в кра­хе ста­рой систе­мы, что­бы созда­вать новое. Они про­сто сотво­ри­ли новые про­стран­ства там, где ниче­го не было. Ана­ло­го­вое мыш­ле­ние не спо­соб­но уви­деть такую пер­спек­ти­ву, пото­му оно посто­ян­но жалу­ет­ся на нехват­ку про­стран­ства, объ­яс­няя этим все свои неуда­чи. Но раз­ве ана­ло­го­вые левые уже не вла­де­ли огром­ны­ми про­стран­ства­ми? Раз­ве эти про­стран­ства были бед­ны на ресур­сы? Поче­му даже кро­хот­ные оази­сы циф­ро­во­го капи­та­лиз­ма вро­де Син­га­пу­ра и Гон­кон­га, лишен­ные прак­ти­че­ски всех при­род­ных ресур­сов, впе­чат­ля­ют сво­и­ми дости­же­ни­я­ми гораз­до силь­нее, чем любое обще­ство раз­ви­то­го соци­а­лиз­ма? Поче­му Китай, лишь номи­наль­но оста­ва­ясь ком­му­ни­сти­че­ским, пыта­ет­ся ско­пи­ро­вать успех этих горо­дов-госу­дарств?

Раз ана­ло­го­вые левые не уме­ют созда­вать про­стран­ства, то не уди­ви­тель­но, что они видят толь­ко бес­край­ние тер­ри­то­рии, захва­чен­ные кем-то дру­гим. Сле­до­ва­тель­но, их нуж­но отнять или хотя бы полу­чить долю. Тре­бо­ва­ние БОД и отказ от тру­до­вой эти­ки воз­ни­ка­ют у неспо­соб­но­го к твор­че­ству мыш­ле­ния как нечто само собой разу­ме­ю­ще­е­ся. Арха­ич­ная ком­му­ни­сти­че­ская меч­та о про­ле­та­рии, в кото­ром поги­ба­ет чело­век эпо­хи Ренес­сан­са (изоб­ре­та­тель, уче­ный, фило­соф и худож­ник в одном лице) соеди­ня­ет­ся с фан­то­ма­ми про­те­стант­ской эти­ки, где зало­гом успе­ха счи­та­ет­ся тяже­лая рабо­та.

Одна­ко циф­ро­вой капи­та­лизм так не рабо­та­ет, и вряд ли рабо­тал так в свою ана­ло­го­вую эпо­ху. Сей­час это про­сто ста­ло оче­вид­ным. Для юных капи­та­ли­стов эры стар­та­пов дав­но оче­вид­но, что нуж­но «рабо­тать умно, а не усерд­но» и никто не хочет рав­нять­ся на отца, отдав­ше­го свою жизнь офис­ной рабо­те. Про­шлые поко­ле­ния доро­го запла­ти­ли за то, что­бы их потом­ки смог­ли сов­ме­щать рабо­ту и твор­че­ство, извле­кая выго­ду из сво­их инте­ре­сов для сво­их инте­ре­сов. И этот про­цесс наби­ра­ет все боль­шую силу.

Ана­ло­го­вые левые опять опоз­да­ли, пыта­ясь пре­одо­ле­вать то, что само пре­одо­ле­ва­ет себя. Они тре­бу­ют пол­ной авто­ма­ти­за­ции про­из­вод­ства для осво­бож­де­ния людей от тяже­лой, опас­ной и низ­ко­опла­чи­ва­е­мой рабо­ты, не заме­чая, что про­бле­ма реша­ет­ся9 без вся­ко­го вме­ша­тель­ства с их сто­ро­ны. Но ана­ло­го­вое мыш­ле­ние застав­ля­ет их верить, что тех­но­ло­гию мож­но под­чи­нить, обуз­дать, напра­вить или оста­но­вить, одна­ко даже при­ми­тив­ные тех­но­ло­гии ока­зы­ва­ют­ся гораз­до менее пред­ска­зу­е­мы­ми.

Манэль Делан­да пока­зал в сво­ей кни­ге, насколь­ко без­осно­ва­тель­но это антро­по­цен­трист­ское тще­сла­вие: «Робо­там-исто­ри­кам не пона­до­бит­ся при­пи­сы­вать основ­ную роль вели­ким пол­ко­вод­цам, посколь­ку послед­ние могут счи­тать­ся все­го лишь ката­ли­за­то­ра­ми для само­сбор­ки воен­ных машин. На такую сбор­ку, ска­жет робот-исто­рик, отдель­ные инди­ви­ды вли­я­ют не боль­ше, чем кол­лек­тив­ные силы — такие, как демо­гра­фи­че­ская тур­бу­лент­ность, вызы­ва­е­мая мигра­ци­ей, кре­сто­вы­ми похо­да­ми и наше­стви­я­ми».10 И воз­мож­но, что левые аксе­ле­ра­ци­о­ни­сты хоте­ли бы стать пол­ко­вод­ца­ми армии робо­тов, но дело в том, что тех­но­ло­гии в них не нуж­да­ют­ся.

Для про­грес­са не нуж­на при­ми­тив­ная цен­траль­ная команд­ная систе­ма, при­ни­ма­ю­щая реше­ния о том, что и как сле­ду­ет созда­вать. Если тех­но­ло­гия может быть созда­на, то она будет созда­на. И ника­кие люд­ские жела­ния, стра­хи, сомне­ния или идео­ло­ги­че­ские предубеж­де­ния не изме­нят это­го. Люди могут при­ни­мать огра­ни­чи­ва­ю­щие зако­ны и под­пи­сы­вать сдер­жи­ва­ю­щие про­гресс дого­во­ры, но дан­ные огра­ни­че­ния регу­ляр­но демон­стри­ру­ют свою неспо­соб­ность оста­но­вить появ­ле­ние новых тех­но­ло­гий: страх перед ору­жи­ем мас­со­во­го пора­же­ния ско­рее спо­соб­ство­вал его созда­нию, а запад­ные гума­ни­сти­че­ские предубеж­де­ния про­тив экс­пе­ри­мен­тов на людях про­сто дела­ют Китай лиде­ром в CRISPR.11 Попыт­ки забло­ки­ро­вать или замед­лить раз­ви­тие тех­но­ло­гии лишь созда­ют про­стран­ства для новых воз­мож­но­стей. У несо­глас­ных про­сто не оста­нет­ся дру­го­го выбо­ра, кро­ме как при­нять новый поря­док.

Даже бес­по­лез­ность тех­но­ло­гии, кото­рая часто ока­зы­ва­ет лишь след­стви­ем сла­бой фан­та­зии, сама может пре­вра­щать­ся в объ­ект инте­ре­са.12 Циф­ро­вой капи­та­лизм усва­и­ва­ет то, что, как каза­лось, долж­но подо­рвать его изнут­ри, а затем дела­ет сво­ей неотъ­ем­ле­мой частью. В кон­це кон­цов, даже про­тест и кон­тр­куль­тур­ность ока­за­лись доволь­но ходо­вым това­ром и не похо­же, что­бы спрос на него падал.

Ста­рые пра­вые уже были уни­что­же­ны про­грес­сом, остав­ляя им лишь носталь­гию по «слав­но­му про­шло­му». Наста­ло и левым стать пере­жит­ком ана­ло­го­во­го про­шло­го, от мыс­лен­ных при­вы­чек кото­ро­го им так и не уда­лось отка­зать­ся. Мыш­ле­ние про­ле­та­рия, жела­ю­ще­го стать дирек­то­ром заво­да, едва ли под­хо­дит для осмыс­ле­ния буду­ще­го и, конеч­но же, не име­ет ника­ких шан­сов тво­рить его. Циф­ро­во­му капи­та­лиз­му не нуж­ны идео­ло­ги и поли­ти­ки, навя­зы­ва­ю­щие ему свое виде­ние мира, уста­рев­шее задол­го до сво­е­го появ­ле­ния.

Кто-то пыта­ет­ся уме­рить свои аппе­ти­ты и готов при­нять про­гресс с неболь­ши­ми ого­вор­ка­ми, все еще веря в Гос­по­ди­на, с кото­рым мож­но дого­во­рить­ся. Но про­гресс, выра­жен­ный связ­кой тех­но­ло­гия-капи­тал, не име­ет направ­ле­ния, поэто­му он дви­жет­ся по всем тра­ек­то­ри­ям сра­зу, стре­мясь раз­вить мак­си­маль­но воз­мож­ную ско­рость. Любые тре­бо­ва­ния, предъ­яв­ля­е­мые к нему, — это тре­бо­ва­ния отка­за от мно­го­об­ра­зия, оста­нов­ки или замед­ле­ния. Пере­фра­зи­руя Мар­ка Фише­ра: «Аксе­ле­ра­ци­о­низм — ничто, если он не явля­ет­ся без­услов­ным».

Да, ино­гда про­грес­су меша­ет сама реаль­ность и с ней при­хо­дит­ся счи­тать­ся в той мере, в какой про­гресс не может ее игно­ри­ро­вать. Одна­ко тще­слав­ные фан­та­зии людей, счи­та­ю­щих, что они спо­соб­ны кон­тро­ли­ро­вать про­цес­сы, пре­вос­хо­дя­щие даже их спо­соб­ность пони­ма­ния, могут стать лишь вре­мен­ным пре­пят­стви­ем. Про­гресс не толь­ко уни­что­жа­ет то, что ему меша­ет, но и отме­ня­ет саму воз­мож­ность ста­ро­го вер­нуть­ся.

Примечания

  1. См. «Ник Лэнд. Кри­ти­ка транс­цен­ден­таль­но­го ничто­же­ства». 
  2. Йоэль Регев — Жижек, Мари­он, Бадью: рево­лю­ция 1989 года. 
  3. См. «Сла­вой Жижек: „Я пес­си­ми­стич­ный ком­му­нист, но всё рав­но ком­му­нист…“» 
  4. Ник Шрни­чек, Алекс Уильямс — Мани­фест аксе­ле­ра­ци­о­нист­ской поли­ти­ки, Логос, том28 #2. 
  5. См. «Ник Лэнд. Быст­рое-и-гру­бое вве­де­ние в аксе­ле­ра­ци­о­низм». 
  6. Карл Маркс — Капи­тал, Сочи­не­ния, том 23, с. 398. 
  7. Карл Маркс, Фри­дрих Энгельс — Мани­фест ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии, Сочи­не­ния, том 4, с. 446. 
  8. См. «Ник Срни­чек, Алекс Уильямс. Пост-тру­до­вое вооб­ра­жа­е­мое». 
  9. См. «How Ecommerce Creates Jobs and Reduces Income Inequality». 
  10. Ману­эль Делан­да — Вой­на в эпо­ху разум­ных машин стр. 9. 
  11. См. «Отказ от эти­че­ских пра­вил дела­ет Китай лиде­ром CRISPR-тех­но­ло­гий». 
  12. См. «Simone Giertz. Why you should make useless things». 

Igor Stavrovsky
Игорь Став­ров­ский

Фило­соф, ингу­ма­нист, сто­рон­ник тех­но-капи­та­лиз­ма. Сфе­ра инте­ре­сов: интел­лект, капи­та­лизм, онто­ло­гия и мета­фи­зи­ка.

vk.com/id397389873

Последние посты

Архивы

Категории