Будущее: невозможно или беспощадно?

Под одним углом зре­ния, мир кибор­гов — это окон­ча­тель­ное заре­ше­чи­ва­ние пла­не­ты гло­баль­ным кон­тро­лем, окон­ча­тель­ная абстрак­ция, вопло­щён­ная в апо­ка­лип­си­се Звёзд­ных войн, раз­вя­зан­ном под пред­ло­гом обо­ро­ны, окон­ча­тель­ное при­сво­е­ние жен­ских тел в мас­ку­ли­нист­ской оргии вой­ны. Под дру­гим углом зре­ния, мир кибор­гов — это, воз­мож­но, живые соци­аль­ные и телес­ные реаль­но­сти, в кото­рых люди не боят­ся сво­е­го двой­но­го род­ства с живот­ны­ми и маши­на­ми, не боят­ся все­гда частич­ных иден­тич­но­стей и про­ти­во­ре­чи­вых точек зре­ния. Поли­ти­че­ская борь­ба озна­ча­ет взгляд под обо­и­ми угла­ми зре­ния сра­зу, пото­му что каж­дый рас­кры­ва­ет как гос­под­ства, так и воз­мож­но­сти, непред­ста­ви­мые с дру­гой точ­ки зре­ния.
Дон­на Харау­эй, «Мани­фест Кибор­гов»

Буду­щее? Не все­гда чело­ве­че­ство вол­но­ва­ло буду­щее. В антич­но­сти до это­го нико­му не было ника­ко­го дела, в эпо­ху хри­сти­ан­ства буду­щее было чёт­ко опре­де­ле­но эсха­то­ло­ги­че­ским мыш­ле­ни­ем Вто­ро­го при­ше­ствия или Апо­ка­лип­си­са. И толь­ко с наступ­ле­ни­ем эпо­хи Про­све­ще­ния и нача­лом того, что позд­нее ста­ли назы­вать Науч­но-тех­ни­че­ским про­грес­сом, то есть с появ­ле­ни­ем Нау­ки, появи­лось и вооб­ра­же­ние буду­ще­го. Всё это так и закон­чи­лось бы невин­ны­ми книж­ка­ми Жюля Вер­на и «Уто­пи­ей» Тома­са Мора, если бы не те, кто захо­тел вопло­тить буду­щее в насто­я­щем. В XX веке о буду­щем вооб­ра­жа­ли кон­струк­ти­ви­сты и футу­ри­сты, что было впо­след­ствии вопло­ще­но в таких неод­но­знач­ных про­ек­тах, как тота­ли­тар­ный Совет­ский Союз и наци­о­нал-соци­а­ли­сти­че­ский Тре­тий рейх (что до сих пор вызы­ва­ет тре­во­гу и чув­ство вины у боль­шин­ства пред­ста­ви­те­лей запад­ной циви­ли­за­ции). Но жела­ние буду­ще­го не отпус­ка­ло. А нау­ка про­дол­жа­ла раз­ви­вать­ся и ста­вить перед чело­ве­че­ством вопро­сы, на кото­рые невоз­мож­но было бы отве­тить в рам­ках тра­ди­ци­он­но­го обще­ства, кото­рое буду­щее не пла­ни­ру­ет. Через пол­ве­ка пан­ки ска­за­ли «хва­тит»: «No future! Буду­ще­го нет!» Но уже кибер­пан­ки вооб­ра­же­ние буду­ще­го опять воз­ро­ди­ли, взяв за осно­ву всё ту же силу тех­ни­че­ско­го про­грес­са, но уже из дру­гой идео­ло­гии, уста­но­вив флаг на тер­ри­то­рии дисто­пии, анар­хии и вой­ны всех про­тив всех. А кибер­фе­ми­нист­ки это вооб­ра­же­ние пыта­лись пере­осмыс­лить в рам­ках пла­стич­но­сти ген­де­ра, вир­ту­аль­ной уто­пии и созда­ния необыч­ных новых интер­фей­сов сцеп­ле­ния с живот­ны­ми и маши­на­ми.

Как кибер­пан­ки, так и кибер­фе­ми­нист­ки вой­ну про­иг­ра­ли; про­ек­ты сво­бо­ды, анар­хии и рав­но­пра­вия вир­ту­аль­ной реаль­но­сти (да и медиа вооб­ще) ока­за­лись захва­че­ны ком­мер­че­ски­ми и власт­ны­ми цен­зур­ны­ми струк­ту­ра­ми.

Сей­час про­ек­ты «буду­ще­го» окон­ча­тель­но дис­кре­ди­ти­ро­ва­ны и через ран­них про­ек­ти­ров­щи­ков — кон­струк­ти­ви­стов и футу­ри­стов; меч­та­ния пан­ков и феми­ни­сток ока­за­лись так же раз­дав­ле­ны кат­ком совре­мен­но­го капи­та­ли­сти­че­ско­го мира «здра­во­го смыс­ла». О буду­щем мыс­лить боль­ше немод­но и неак­ту­аль­но. Плос­кие фрес­ки гла­мур­ных пей­за­жей в сти­ле хай-тек боль­ше нико­го не впе­чат­ля­ют, как и про­чая чепу­ха, зака­му­фли­ро­ван­ная в обо­лоч­ки снов о «буду­щем», в кото­рых робо­ты с лица­ми моде­лей жур­на­лов мод дела­ют «всё, что вам угод­но». Кажет­ся, что нет ниче­го ново­го в том, что дрон при­но­сит тебе еду, пока ты рабо­та­ешь на кор­по­ра­цию. И даже в том, что­бы видеть «вир­ту­аль­ную реаль­ность», пока все­мир­ное пра­ви­тель­ство поль­зу­ет­ся тво­им телом, как в филь­ме «Мат­ри­ца». Что в этом дей­стви­тель­но, по-чест­но­му, кар­ди­наль­но ново­го?

Ник Срни­чек в сво­ей кни­ге «Изоб­ре­тая буду­щее: Пост-капи­та­лизм и Мир-без-рабо­ты» (2015) опи­сал четы­ре вари­ан­та буду­ще­го: буду­щее эко­ло­ги­че­ской ката­стро­фы, расист­ское буду­щее, мизо­гин­ное буду­щее и буду­щее лево­го про­ек­та. Я же счи­таю, что есть толь­ко два реги­стра вооб­ра­же­ния буду­ще­го: невоз­мож­ное буду­щее, то есть буду­щее, кото­рое тако­вым по сути не явля­ет­ся, а явля­ет­ся логи­че­ским про­дол­же­ни­ем насто­я­ще­го, и буду­щее, кото­рое бес­по­щад­но, то есть под­лин­ное буду­щее, буду­щее, о кото­ром мы ниче­го не можем знать по опре­де­ле­нию (но можем вооб­ра­жать).

Невоз­мож­ное буду­щее — это буду­щее, в кото­ром воз­мож­но всё. Вы смо­же­те напе­ча­тать себе 3D-орган и зака­зать пиц­цу с достав­кой на дроне, вир­ту­аль­ный секс и веч­ное здо­ро­вье, моло­дость и даже бес­смер­тие! Нет ниче­го невоз­мож­но­го в невоз­мож­ном буду­щем, кро­ме ката­стро­фы, гло­баль­ной ката­стро­фы основ миро­зда­ния, под­ры­ва­ю­щей сами воз­мож­но­сти.

Имен­но поэто­му это буду­щее невоз­мож­но, так как явля­ет­ся лишь вре­мен­ным и логич­ным про­дол­же­ни­ем насто­я­ще­го. Каза­лось бы, что в так назы­ва­е­мом «тре­тьем мире» такое вооб­ра­же­ние про­сто не смо­жет сра­бо­тать из-за нище­ты и ката­стро­фы, про­ис­хо­дя­щей в реаль­ном вре­ме­ни, но вооб­ра­же­ние одно на всех, и оно при­над­ле­жит Гос­по­дам. По край­ней мере вре­мен­ным Гос­по­дам.

Буду­щее, кото­рое бес­по­щад­но: здесь всё наобо­рот. Ниче­го невоз­мож­но, бес­смер­тие ока­за­лось лишь реклам­ным трю­ком, дро­ны сле­дят за тобой, а не при­но­сят пиц­цу, вир­ту­аль­ное пор­но не луч­ше откры­ток вре­мён тво­ей бабуш­ки. Но если цепь иден­тич­но­стей выстро­ит­ся в кри­ти­че­скую мас­су, то есть в неко­то­рую орга­ни­за­цию, будь это эле­мен­ты так назы­ва­е­мой при­ро­ды, цепь кото­рых при­ве­дёт к «эко­ло­ги­че­ской ката­стро­фе» или наобо­рот к «рай­ско­му» по отно­ше­нию к чело­ве­ку кли­ма­ту, то неиз­беж­но тоталь­ное кол­лек­тив­ное пере­устрой­ство мира. Это могут быть и мигран­ты, кото­рые сне­сут с лица зем­ли всю запад­ную циви­ли­за­цию, и жен­щи­ны, кри­ти­че­ская мас­са раз­дра­же­ния кото­рых нако­пит­ся до раз­ру­ши­тель­ной сте­пе­ни. Эко­ло­ги­че­ская цепь замкнёт­ся и необ­ра­ти­мо взо­рвёт­ся в каком-нибудь месте, напри­мер в цен­тре Зем­ли. Или Дональд Трамп сде­ла­ет Аме­ри­ку сно­ва вели­кой! Или ради­каль­ные пост­че­ло­ве­че­ские мута­ции с необ­ра­ти­мы­ми послед­стви­я­ми, на кото­рые, я уве­ре­на, пой­дёт подав­ля­ю­щий про­цент людей на пла­не­те. В бес­по­щад­ном буду­щем воз­мож­ны любые экс­цес­сы, даже то, о чём все по-насто­я­ще­му меч­та­ют: напри­мер, уни­что­же­ние клас­са тури­стов и празд­ных путе­ше­ствен­ни­ков, вза­мен кочев­ни­ков.

Как мы зна­ем, нау­ка не явля­ет­ся чистой и невин­ной, то есть ней­траль­ной, и даже то, что мы вооб­ра­жа­ем, явля­ет­ся про­дук­том идео­ло­гии. Поэто­му бес­смыс­лен­но ждать, когда тех­ни­ка сде­ла­ет всё за нас, то есть пере­не­сёт нас в пре­крас­ное буду­щее, в свет­лый мир, пол­ный спра­вед­ли­во­сти и люб­ви. То, что может тех­ни­ка — так это то, что уже сфор­ми­ро­ва­ло нас извне для опре­де­лён­ных целей. И хотя мы не отка­зы­ва­ем­ся от это­го фак­та фор­ми­ро­ва­ния, обрат­но­го пути нет, мы все уже бел­ко­вые кибор­ги, но если всё-таки хотим что-то изме­нить, то мы это можем — не толь­ко тех­ни­ка фор­ми­ру­ет нас, но и мы фор­ми­ру­ем её.

Един­ствен­ным воз­мож­ным путём чело­ве­ка для сво­е­го сохра­не­ния как вида явля­ет­ся пол­ное соб­ствен­ное пере­про­грам­ми­ро­ва­ние, даже через уни­что­же­ние соб­ствен­ной иден­тич­но­сти, то есть чело­веч­но­сти. Пре­кра­ще­ние самой эпи­сте­мы чело­веч­но­сти это то, что сей­час инте­ре­су­ет фило­со­фию совре­мен­но­сти: выве­де­ние чело­ве­ка из цен­тра соб­ствен­ных инте­ре­сов, иссле­до­ва­ние новой мате­ри­аль­но­сти и новой раци­о­наль­но­сти в попыт­ке пре­одо­ле­ния декар­тов­ско­го субъ­ек­ти­виз­ма (объ­ект­но-ори­ен­ти­ро­ван­ная онто­ло­гия Грэ­ма Хар­ма­на, спе­ку­ля­тив­ный реа­лизм). Аксе­ле­ра­ци­о­ни­сты, как и ксе­но­фе­ми­нист­ки, пред­ла­га­ют уско­рить­ся, обо­гнать в этом уско­ре­нии сам «ста­рый доб­рый капи­та­лизм», слить­ся с тех­ни­кой и окру­жа­ю­щим био­ланд­шаф­том и создать настоль­ко тоталь­ную поли­ти­ку отчуж­де­ния от чело­веч­но­сти, что это помо­жет мути­ро­вать в нечто дей­стви­тель­но новое.

По сути дела, мы сей­час сидим в огром­ной пост­че­ло­ве­че­ской машине вре­ме­ни или на ядер­ной бом­бе неопре­де­лён­но­сти, точ­ка син­гу­ляр­но­сти кото­рой может оста­вить пустын­ны­ми наши мега­по­ли­сы и уни­что­жить все дости­же­ния тех­ни­че­ско­го про­грес­са… или доста­вить нас в бла­го­сло­вен­ный рай осво­бож­де­ния от тру­да, все­об­ще­го бла­го­со­сто­я­ния и бес­смер­тия боже­ствен­ных Андро­ги­нов.

Буду­щее без буду­ще­го, когда субъ­ект готов к чему угод­но, вме­сто того, что­бы ждать улуч­ше­ний и нара­щи­ва­ния про­из­вод­ства. Пусть это даже будет ско­рее хуже, чем луч­ше.


Jozhi Stolet
Йожи Сто­лет

Тео­рия кибер­фе­ми­низ­ма и utopian studies. Орга­ни­за­тор семи­на­ра «Новая фило­соф­ская грам­ма­ти­ка и мето­до­ло­гия». Иссле­до­ва­тель интим­ных интер­фей­сов в ЦПИК. SPb.

vk.com/cyberfeminism

Последние посты

Архивы

Категории